Пора было разорвать этот порочный круг, иначе когда-нибудь это аукнется куда хуже, чем устроенный Озкан Илькином кошмар...
Я не успела сделать и десяток шагов - что там, даже толком выйти из тени деревьев - как услышала оклик, а мгновение позже увидела как знакомый силуэт, оттолкнув Османа и Шафак с дороги, подлетел к дерущимся мальчишкам и, как котят за шкирку, вздёрнул их за шивороты испачканных в траве кафтанов.
- что это вы тут устроили? - грозно спросил Беркант Орхан, и при виде него такого взрослого сердце у меня защемило - султанзаде Джошкун, как ты посмел поднять руку на шехзаде Михмана? А ты, - взгляд упал на Махмуда, за спину которого тут же спряталась Масуна - шехзаде Осман, почему их не разнял сразу же? Что это за новости? Разве так ведут себя Шехзаде? А старшие братья?
У Османа хватило совести пристыжено опустить взгляд да промолчать, в то время как Ягмур гордо вскинула подбородок, а Гокер довольно громко пробормотал себе под нос:
- да какой он шехзаде? Он и не брат нам вовсе. Так, приблуда. Пичь без роду и племени.
Губы у Михмина задрожали и Орхан его тут же отпустил, подтолкнув к собравшимся на краю полянки и сжавшихся от понимания своей оплошности служанкам. Мальчишка, недолго думая ринулся к своей побледневшей и стоящей чуть в отдалении от остальных нянечке. Едва не врезавшись в неё, обхватил ручками её ноги и спрятал покрасневшее лицо в складках одежды.
С султанзаде история была другой: его молодой человек не только продолжил держать за шиворот, но ещё и встряхнул как непослушного кутёнка.
- где ты этого наслушался? Кто тебя научил говорить такие грязные слова?
- так все говорят - просто ответил мальчишка, пожав плечами и в силу возраста даже не представляя какую бурю призывает на свою голову.
Зато эту бурю почувствовал Осман:
- Орхан Амса,.. - он запнулся, явно подбирая правильные слова - Джошкун Кардеш мал и не понимает, что говорит. Это всё злые языки и...
Беркант обжёг юношу взглядом и тот вновь потупил взгляд. После он глянул на кучку служанок и мазнул своим взором по линии деревьев, под которыми я стояла. Сначала он не придал никакого значения увиденному, но всего мгновением позже, видимо, с запозданием признав в моём силуэте знакомые черты, с широко распахнутыми глазами вновь посмотрел на меня. На лице брата вслед за удивлением отразилась боль, которую он не смог быстро спрятать за гневом на провинившихся детей.
- так вас воспитывают? - как-то невпопад бросил старший шехзаде султанским отпрыскам и не глядя махнул рукой двум евнухам, сопровождавшим его и на время разбирательств вставших так же в тени деревьев. - вы, двое, сообщите Валиде-султан о произошедшем. Пусть разбирается в своём бардаке и ищет виновных сама. А вы, - махнул он уже служанкам - отведите маленьких господ по их комнатам. Их прогулка на этом окончена.
Брат не стал дожидаться, когда слуги начнут выполнять его распоряжения. Вместо этого он широким шагом быстро преодолел разделяющее нас расстояние и довольно резко схватил меня за руки, заставив тем поморщиться.
- и что, плут мелкий, разглагольствовал тут о чужом воспитании, а сам растерял остатки собственных манер? - я хотела чтобы голос мой звучал твёрдо, быть может даже свысока, но он, предатель, дрогнул и осип при виде того, как Орхан пытается поверить в реальность происходящего.
Он ведь до сего момента считал меня мёртвой, а яшмак с крашенными волосами сбивали с толку, душа робкую надежду прямо в зародыше. Ему надо было убедиться, что я - не мираж, однако оброненных слов не вернуть назад, как не вернуть и слёзы, сначала выступившие на глазах, а после бессовестно намочившие яшмак.
- абла! - протянул Беркант сквозь всхлипы точно был тем мальчишкой, младшим шехзаде, каким являлся до моего отъезда из дворца, а после, выпустив мои руки из своей хватки, попытался меня обнять. - хвала всевышнему, это ты, аб...
Но только попытался. Как бы моё сердце не разрывалось от радости долгожданной встречи, горечи тайны и не понимающего выражения лица брата, я не позволила ему подойти ближе допустимого для шехзаде и икбал султана.
- ...ла?
Я высоко вздёрнула подбородок, на мгновение возвела глаза к ясному небу, видневшемуся в мозаике из ветвей и молодой листвы, в попытке избавиться от слёз. Расправила плечи. Для следующих слов мне требовались силы и решительность ибо знала наперёд: Орхан выбора моего не поймёт. Возможно, не примет и попытается спутать все планы.
- ныне и пока не прозвучит обратного, для всех Айжан Мерием Хатун остаётся мёртвой, а я являюсь Ичли Икбал, наложницей и фавориткой Султана Альтан Дамир Хана, что носит его дитя под сердцем. Сейчас мне не позволительно и даже опасно вести беседы наедине с мужчинами в местах, где это могут заметить другие, что уж говорить об объятиях и иных проявлений близости, которые для семьи ничего не значат.