- Орхан, - мягко произнесла я, пытаясь разрядить обстановку, - я сейчас оденусь и приду. Не стоит заставлять анне ждать.
- хорошо, - смягчился брат, - но поторопись. Валиде не любит, когда её заставляют ждать.
- Я знаю, - отозвалась я, отворачиваясь к шкафу, чтобы выбрать самой - служанок звать не хотелось - свежие энтари и елек. Когда за ним закрылась дверь, я обратилась уже к Дамиру - Повелитель, не принимайте близко к сердцу поведение Орхана. Он переживает за благополучие своей семьи, а у нас с анне сейчас есть разногласия...
Султан напрягся и всего за мгновение я успела испугаться, что от шехзаде он просто так не отстанет. Однако страхи мои были напрасны:
- почему ты обращаешься ко мне так словно мы и не знаем друг друга всю свою жизнь?
- не всю, Повелитель, - покачала я головой - восемь лет - довольно большой промежуток времени, за который может случиться многое. И случилось. Время не щадит никого и ничто - я обернулась и заглянула Альтану в глаза, хоть и холодные, но живые в отличие от остального его лица - во время нашей ссоры, Повелитель, я кое-что поняла и, думаю, так будет лучше.
Молодой человек не ответил. Лишь кивнул. А в глазах его мелькнуло и сожаление, и понимание, и что-то ещё, что я не успела распознать: Дамир развернулся и поспешил к поднявшим весь дворец на уши визирям.
Я тоже не стала медлить и отправилась на встречу с матерью. Орхан проводил меня до сада, и я ничуть не удивилась, что местом нашей встречи стал именно он. Данара Айсулу Султан вряд ли задержалась бы надолго под крышей, где властвовала Эсин Кютай Султан, а вот под открытым небом, в наспех сооружённом шатре, она чувствовала себя куда комфортней.
Пока мы шли к шатру, в коридорах стояла тишина, лишь изредка встречались слуги, которые почтительно кланялись нам. Каждый наш шаг эхом отдавался в пустом пространстве, а мысли кружились в голове, словно осенние листья на ветру.
В саду пахло свежестью и цветами. Летний воздух был напоен ароматом раскрывшихся бутонов, а солнечные лучи пробивались сквозь зелёную листву, создавая причудливые узоры на дорожке.
Орхан шёл рядом, его присутствие было успокаивающим, несмотря на недавнюю напряжённую сцену в моих покоях.
- ты выглядишь задумчивой, - заметил он, когда мы приблизились к шатру.
- просто много мыслей, - ответила я, разглаживая складки на одежде.
- что ж, раз так, то удачи тебе с анне - усмехнулся брат, останавливаясь в десятке шагов от входа в шатёр - дальше я не пойду. Это ваш разговор.
Внутри было прохладно и полутемно. Данара сидела на подушках, окруженная своими приближенными. При моём появлении одалиски и евнухи удалились, а мать так и осталась сидеть. Взгляд её был пристальным и изучающим. А одежда столь же неброской и даже какой-то грубой на вид, как и тогда на празднике.
- наконец-то, - произнесла она ровным голосом, давно уже лишённым каких бы то ни было эмоций - я уже думала ты не придёшь.
- прошу прощения за задержку, анне - склонила я голову, чувствуя, как сердце бьется чаще.
Женщина всё же поднялась на ноги. Подойдя ко мне, одной рукой она приподняла мой подбородок и заглянула в глаза, а вторую положила на мои сцепленные в замок руки. Губы её приоткрылись будто бы Айсулу хотела что-то сказать, но тут что-то отвлекло её внимание. Чёрные глаза опустились к моим рукам, а пальцы проворно освободили запястье от нескольких слоёв одежды, являя миру тёмные синяки на белой коже.
- и ты счастливо живёшь жизнью, которую сама выбрала, вопреки всем моим словам? - голос матери так и сочился сарказмом.
- вполне, если сравнивать с тем, как сложилась моя жизнь по чужой воле, - сказала я, взяв мать за руки. На её ладонях белели тонкие шрамы, знакомые мне с детства. - а ты была счастлива в жизни, которую выбрали за тебя другие?
- ты всегда была упрямой, - произнесла Валиде, не отводя взгляда от моих глаз.
- как и ты, - ответила я, чувствуя, как внутри закипает давняя обида.
- мы обе знаем, что я делала это ради твоего блага, - голос матери стал жестче.
- а я знаю, что имею право выбирать свой путь сама.
Данара помолчала, разглядывая меня, словно пытаясь прочесть что-то в моих глазах.
- ты изменилась, - наконец произнесла она. - но, возможно, это к лучшему.
- возможно.
В шатре повисла тишина, наполненная невысказанными словами и давними обидами. Но впервые за долгие годы я чувствовала, что готова стоять перед матерью за себя и свои решения, несмотря ни на что.
- не расскажешь, откуда у тебя эти шрамы? - решила я нарушить молчание.
Женщина вскинула брови:
- разве я не рассказывала?