Мне ни за что не оторваться от этой твари. И если попадусь ей в лапы - не поможет даже Всевышний. Мне ещё повезёт, если после всего разбойники потребуют у матери выкуп - теперь они знали моё имя - спасибо Юсуфу.
В лагере заметили наше приближение. Поднялся крик и звон, и я с облегчением поняла, что бегу к янычарам. Впрочем, радость эта продлилась не долго: псина догнала меня раньше, чем я успела добежать до лагеря.
Она преградила мне дорогу и утробно зарычала, словно предупреждая: ещё шаг и от тебя мокрого места не останется.
- ну нет - буркнула я себе под нос и замахнулась луком - так просто ты меня не возьмёшь.
Я ударила собаку по морде - точно в нос - и сморщила свой собственный, когда поняла - ещё один такой удар лук не переживёт. Животное взвизгнуло, заскулило и, поджав хвост, убежало, даже не взгляну на своих хозяев, что что-то кричали ей в след набегу. Они ещё не догнали меня, но осталось немного. А сил у меня и того меньше. Дыхание моё сбилось, в груди полыхало пламя и сердце больно билось о рёбра, ноги стали ватными. Всё внутри меня кричало, просило остановиться, передохнуть хоть на краткий миг, но я упрямо подхватила второй рукой подол своего энтари, о который только чудом - не иначе - не запнулась за всё прошедшее время, и побежала к вооруженным мужчинам впереди. Те что-то кричали, некоторые, кажется, махали мне, подгоняя. Я не могла понять. На краю зрения появилась темнота, в боку закололо.
За спиной послышался лязг и звон. Кто-то выругался. Грязно. Рефлекторно я уже было обернулась посмотреть что там происходит, но знакомый голос во всё горло крикнул:
- не оборачивайся! Не смей останавливаться!
Исхан.
Я не послушалась его. Остановилась. Оглянулась.
Бей схлестнулся с Хусейном: их ятаган и сабля танцевали в воздухе серебряными дугами. А тем временем Давуд, хромая и истекая кровью, надвигался на меня с кривым кинжалом, сверкающим в его здоровой руке - вторая у него безвольно висела сбоку.
- ну здравствуй, Госпожа - улыбнулся он мне так мерзко, что по спине у меня побежали мурашки.
- не... подходи... - предупредила я едва не задыхаясь, и крепче стиснула в ладони лук.
- и что ты сделаешь? - усмехнулся мужчина, приближаясь ко мне шаг за шагом - ударишь меня как Мютиша? У тебя нет стрел, нет кинжалов и ножей, и твой дружок сейчас занят, так что помочь он тебе не сум...
Мгновение, и его глаза закатились. Он рухнул ничком, открывая мне вид на торчащую в его черепе рукоять ножа. И злого Юсуфа, что отвлекся от последнего разбойника ради меня. Тот не преминул этим воспользоваться, как и псина, что до этого трусливо убежала в кусты. Про Хусейна Исхан довольно быстро вспомнил, но даже так он едва успел отбить удар разбойника, и лезвие чужой сабли задело плечо и царапнуло наручь.
Они так и застыли, молчаливо, напряжённо, выясняя кто сильнее и кто решимей. Никто из них не обращал внимания на Мютиша - так, кажется, назвал животное Давуд - что, припав к земле, крался к Юсуфу со спины. Я хотела было предупредить бея об опасности, но смогла выдавить лишь хрип.
А меж тем псина добралась до своей цели и с рычанием вцепилась Исхану в руку, в которой тот держал ятаган. Я тихо ахнула и бросилась к бездыханному телу Давуда, памятуя, что у того был колчан со стрелками. Последний же разбойник победно усмехнулся. Занёс свою саблю, намереваясь нанести последний - смертельный - удар по молодому человеку.
Слушая, как громко бьётся сердце, я судорожно выхватила две стрелы. Я боялась опоздать, но руки плохо меня слушались. Они предательски дрожали пока я пыталась наложить стрелу на лук.
Даже с собакой, намертво вцепившейся ему в руку, Юсуф смог уклониться от удара, и вместо того, чтобы рассечь тело пополам, сабля Хусейна прошлась по груди распоров одежду и кожу. Хлынула кровь. Бей зашипел от боли. Отшатнулся, едва не потеряв равновесие и не упав на животное, но, когда мужчина замахнулся в очередной раз, пнул того со всей силы в грудь. В этот момент я наконец смогла натянуть тетиву и выпустить её.
Стрела со свистом попала точно в цель, и Хусейн, покачнувшись, замертво упал. Со второй стрелой всё было куда проще. Мои руки уже не дрожали. Адреналин вновь ударил в голову и я позабыла об усталости, о боли в груди и ногах. Псина взвизгнула, выпустив из своей пасти руку, когда в бок ей прилетела стрела. Мой выстрел с такого положения не мог убить её, но вот удар ятогана Исхана положил конец её мучениям.