Только когда последние дома города скрылись из виду, а кобыла подо мной тяжело задышала, я выпустила из рук поводья и позволила Карасе самой выбрать темп. Та вначале перешла на рысцу, а после и вовсе на медленный шаг. За спиной конь юноши сделал то же самое. Какое-то время они так и шли, отставая на шаг от нас с Карасой, но вскоре поравнялись с нами, так, что разнобойный перестук конских копыт слился в один мерный стук.
- с тех пор как Юсуф уехал ты сама не своя, Айжан - не выдержал он - что с тобой?
Я почти задремала в седле, успокоившись в дали от гнетущей обстановки и приятной прохлады, закрадывающейся под несколько слоёв одежды, так что слова бея застали меня врасплох. Оттого растерянно повернула голову на голос и тут же наткнулась взглядом на Божкурта с довольно сложным выражением на лице.
Мне почему-то тут же вспомнился вечерний сад в день праздника весны и та неловкая нота, на которой мы с молодым человеком расстались. Под таким взглядом младшего бея, уж очень сильно похожего на старшего, я напрочь забыла о встреченной Айзаде и всех невесть откуда взявшихся чувств.
- это никак не связано с Юсуфом - оправдание так быстро слетело с губ, что я не успела толком подумать.
Казан криво улыбнулся, а сердце моё судорожно сжалось. После Навруза юноша долго скалился и насмехался над гостьями, что хотели выйти за старшего бея замуж или желали сосватать ему своих дочек. Своей поспешностью я сделала только хуже и собеседник, вероятно, посчитал, что и я не устояла от красоты Исхана. Что ничем не лучше остальных, над которыми он смеялся.
Я всерьез испугалась, что после этого мои с Божкуртом отношения испортятся. Как дурочка на миг подумала, что он и надо мной зло посмеётся и усложнит мне весь остаток жизни.
- нет, правда, это никак не связано с Юсуфом.
Лицо бея изменилось, на нём в миг отразилась растерянность, в какой-то мере граничащая с испугом. И только тогда я осознала как сильно устала и поняла свою ошибку: Казан хотел лишь подшутить надо мной, подловить меня, припомнив отпущенную после праздника мною шутку.
- Айжан, я...
- всё хорошо - перебила я его не в силах слышать извиняющиеся нотки в хрипловатом и уже таком родном голосе - не обращай внимания... Я просто устала.
- так дело даже не в Пинар Айзаде?
Я качнула головой, а после передёрнула плечами то ли от холода, то ли пытаясь стряхнуть неловкость и сонливость, внезапно одолевшую меня спустя месяцы бессонницы. Но ничего не вышло, это действие лишь побудило меня посильнее запахнуть ференже и, уперевшись руками в луку седла, прислониться лбом к конской шее. Спрятать лицо в конской гриве.
Не сказать, что поза была удобной, но я не знала куда себя деть и что с собою делать.
- о, Аллах, даже я сама не ведаю на сколько сильно устала.
- если это из-за Эмине, то не обращай внимания на её выходки. Пошатнуть верность слуг она уже не сможет. Не после того, как ты произнесла речь достойную - не побоюсь сказать - падишаха.
Я слабо улыбнулась от попытки юноши подбодрить меня. Сместила точку опоры на конскую шею со лба на висок и приоткрыла один глаз. Божкурт смотрел на меня со всей серьёзность на какую, казалось, только был способен.
- о, поверь, рабыня меня ни капли не беспокоит. Я видела гнев Асем Султан и Эсин Султан, и по сравнению с ними даже твой отец не так страшен, что уж говорить об остальных домочадцах. - я вздохнула и выпрямилась в седле. Рука скользнула по черной шерсти Карасы в знак благодарности. За всё. - меня тревожат вещи куда более глобальные, чем дела дома паши. В мире давно уже что-то назревает и мне страшно за... Ах, не важно. Не важно... Это лишь страхи, вызванные бессонницей. Раньше я не была любительницей общения и всё, что я могла сделать в обществе других, так это сесть где-нибудь в сторонке и послушать о чём говорят. Мне с головой хватало общения с тремя людьми и краткими встречами ещё с тремя, а теперь... Только посмотри, мне едва ли не в рот заглядывают!
- ну, после той твоей речи и угроз по-другому слуги с тобою обращаться теперь не посмеют. - хмыкнул бей и было что-то в его тоне, что заставило меня улыбнуться. - а вообще, смотря на тебя сейчас, так и не скажешь, что ты, как и мать твоя, предпочитала уединение и затворничество обществу живых людей. По моему, ты сильно изменилась за два года жизни с нами. Исхудала, правда, но с тем приобрела столько качеств, изменивших тебя в лучшую...
- как разогнался - со смехом пожурила я Казана, пока тот не зашёл слишком далеко - мы уже подъезжали к дворцу паши и мне не хотелось, чтобы слуги слышали его речи. - тебя послушать, так становление моей личности полностью ваша с Юсуфом заслуга.