– А значит, это дальше от настоящего момента, чем хотелось бы, – проворчал Петер.
– К этому мы еще вернемся, – пообещал Личек. – А теперь давайте посмотрим!
Он хотел ловко щелкнуть по виртуальной панели управления, не попал, чертыхнулся и испортил эффект. Видео все-таки пошло, но не с первой попытки, так что Личек больше с комментариями не лез, надеясь, что про его оплошность забудут.
Наблюдение за говорящим давало не меньше информации, чем слова, которые он произносил. Лэнг держался уверенно – но только на первый взгляд. Он знает, как положено, он делал такое сотни раз. Но сейчас ему неспокойно, его, похоже, грызет страх или чувство вины, так быстро даже я не разберусь. Главное тут одно: он понимает, что нарушает протокол, и он сожалеет, просто иначе не может.
С его женой ситуация любопытней. Артур – военный, и для него сам акт нарушения приказа – проблема, даже если причина достойная. Но Ирма – гражданская, и ей кажется, что если очень надо, то можно. Это противоречит приказу? Значит, дурацкий приказ. Она довольна, тут и сомневаться не приходится. За все время записи она не произносит ни слова, однако все равно звучат скорее ее мысли, не его. Значение имеет все: как она прижимается к нему, как поглаживает рукой по спине, стараясь, чтобы это было незаметно. В ее реальности это «Ты молодец, мы справимся». В моей – «Хороший песик!». В реальности Артура… как ни странно, что-то среднее, раз он так и не обрел уверенность. Но это не так важно, решение-то он принял за всех!
– Срок миссии до четырехсот дней по Земному стандарту, – возобновилась запись после потерянного фрагмента. – Без учета сорока дней, которые мы уже провели здесь. Миссию мы считаем приоритетной, поэтому я на правах командующего пользуюсь протоколом экстренного изменения задачи. В связи с тем, что условия на планете НР-318 представляют собой уникальное сочетание предельно ценной флоры и атмосферы, которая…
Он многословен, порой и до пафоса доходит. Кстати, типичная черта тех, кто делает гадость из благородных побуждений, знает об этом, но изо всех сил старается оправдаться – и перед людьми, и перед собственной совестью. Между прочим, если бы он болтал меньше и только по существу, глядишь, до нас и дошло бы полное послание! Но если очистить его отчет от словоблудия, получится вот что…
Экспедиция Нерии-Рузанова добралась до лунной системы, как мы сейчас, только лет на двадцать раньше. Поскольку с ресурсами у них было намного хуже, чем у нас, они не могли пройти мимо потенциально подходящих для заселения миров. Думаю, они действовали по протоколу: разослали стандартные разведывательные бригады ко всем лунам, у которых наметился хотя бы шанс оказаться обитаемыми.
Одна из таких лун досталась команде Лэнга, и они как раз сорвали джек-пот. Судя по долгим описаниям капитана, Сектор Фобос от щедрот своих отсыпал им рай. Да, так и сказал. Думаю, сравнение, опять же, вырвалось откуда-то из недр его жены – а может, сам Лэнг склонен к поэтическим образам.
Лично я не спешу называть никакое место раем, если там меня не встречает тот, чей образ и подобие я неуловимо напоминаю. Хотя если равняться конкретно на меня, вряд ли это действительно будет рай… Не суть. Я скорее к тому, что люди присваивают это определение неоправданно легко и быстро. Вот и чета Лэнгов оказалась довольна уже тем, что им досталась зеленая планетка, которая даже не планета, а спутник.
Они пронумеровали ее, как положено. НР-318, значит… «НР» – «экспедиция Нерии-Рузанова», тут без интриги. 318 – скорее всего, порядковый номер планеты, которую признали достаточно ценной для исследования.
Номер попытки найти новый дом… 318 – это много. Значит, до нее было 317 неудач, риска, возможно, смертей и ранений. Люди устали от всего: поражений, лишений и Сектора Фобос. Но тут им подвернулось действительно уютное местечко: с мягким климатом, пригодным для дыхания воздухом, с развитой флорой, дающей немало ресурсов, и неопасной фауной… По крайней мере, такое впечатление создавал рассказ Лэнга об этом спутнике.
В общем, они прибыли на луну и увидели молочные реки, кисельные берега и прочие элементы смешения географии и гастрономии. За то время, что они находились тут с официально разрешенной миссией, ничто не попыталось их сожрать, и это тоже укрепило их веру в райскую сущность выпавшего им объекта.
А потом определенный руководством срок закончился. В целом, на такие задания выделяют разные временные промежутки – бывает десять дней, бывает и сто. Этим досталось сорок дней, вполне достаточно для получения базовых знаний. Они могли бы вернуться и должны были.