-Тягомотина, – Проворчал Сирма и не внимая сопротивлению ограничителей с силой распахнул окно. В комнату ворвался холодный воздух. Мощный порыв ветра сдул с постели легкое покрывало и не стихая, погнал его к дверям. Сирма стоял, продолжая удерживать оконные створки и щурясь, подставлял лицо холодному ветру. Он закрыл глаза. Сильные воздушные потоки, гуляющие на верхотуре 80-го этажа, неслись сквозь открытый проем, ворочая сваленные в углу шторы и отброшенное к самой входной двери покрывало. Они закручивались вихрями и холодными невидимыми языками лизали Сирмин оголенный торс, плавно текли по разгоряченной коже, вгрызались, опаляя ледяны холодом. Сирма не мог не понять, не выразить этой радости. Ему грезилось, что он сливается с бешенным ветряным бегом, разделяется на тугие эфирные ленты, срывается вниз с громадной высоты. Вдруг тело бьет нестерпимы жаром, из кожи выливается и застывает сталь. Под выросшее где-то сбоку, ровное как зеркало крыло покорно ложится ветер. И вот уже нет ничего кроме чёрного экрана космоса и густой звездной россыпи…
-А-а-а-ах… – содрогнувшись, Сирма открыл глаза. По его спине приятно забегали мурашки. Он даже не обернулся, когда сзади запела замками дверь. Он уже знал, что в гости наведался Жгуд. Навигатор всегда заходил очень тихо. Корабельная привычка, не стесняясь, перешла в его обыденную жизнь. Но в данном случае, учитывая возрастную «певучесть» местных дверей, Гуду войти, незаметно не удалось. Поморщившись от стального визга, навигатор посмотрел на Сирму, и некоторое время помялся, словно раздумывая о правильности своего прихода. В конце концов, он (запнувшись у порога об отлетевшее с Сирминой кровати покрывало) вошел. Сирма не оборачиваясь, стоял все в той же позе.
-У тебя прохладно. – Жгуд сел в кресло и взяв с журнального столика первый же попавшийся проспект, небрежно пролистал его. Не дождавшись ответа, он бросил проспект обратно на стол и тяжело откинулся на спинку кресла. Сирма медленно повернулся к нему и оперся пальцами на подоконник. Его волосы плясали на ветру, густыми прядями падали на красивый лоб. Сирма смотрел на Жгуда отрешенно, все еще витая в своих мыслях. Навигатор по своему уразумению решил что капитан «Каймана» глядит на него со скрытым презрением и вполне обычной для Сирмы никогда им не скрываемой вечной «усталостью от людей».
-Я может быть не во время? – на всякий случай поинтересовался Жгуд. Сирма отрицательно покачал головой и, пройдя на середину комнаты сел в кресло напротив навигатора. Он расслаблено откинулся в нём, и высоко закинув ногу на ногу, задумчиво посмотрел на окно. Неуверенно «наступая» Жгуд, наконец, спросил:
-Кеп. Я, честно говоря, не понял…а, что ночью было?
Сирма поморщился. «Кепом» Жгуд называл его только в сложных ситуациях, часто тогда когда чуял приближение каких-то неприятностей, касающихся исключительно его самого. Сирма терпеть не мог этого обращения, предпочитал, что бы его называли по имени. Жгуд про это знал, но когда нервничал, у него ненароком всегда срывалось это слово.
-Ты пришел спросить об этом только сейчас? – Сирма неопределенно улыбаясь, взглянул на навигатора:
-Судя по всему ночь была неплоха, раз уж ты не захотел прервать её…и всё- таки выяснить.
-Я не предупредил тебя. Деймос попросил поменяться с ним номерами. Я как-то не подумал.
-Ты лучше меня знаешь, что нельзя рассчитывать на этого паршивца…, ладно. Это не столь важно. Я тоже повёл себя опрометчиво.
Жгуд усмехнулся:
-М-да, с выдержкой в последнее время у тебя проблемы. Удивительно, что от двери хоть что-то осталось.
Сирма упер взгляд в пол. Он чувствовал, как внутри у него медленно вскипает злоба. Он уже приготовил себя к тому, что потихоньку подойти к неприятному разговору не получится.
-Ну, я-то ладно.… Куда-то в себя проговорил он:
-Только что же стало с твоей выдержкой? – Сирма поднял на Жгуда свои пронзительно голубые глаза.