Машин почти нет. Он едет в Йортхаген, паркуется и обходит квартал, чтобы встать в очередь в ночной клуб «Сауна».
«К четырём утра на танцполе становится так жарко, что всем хочется раздеться и поваляться в снегу», — написал в «Инстаграме» известный диджей.
Люди в очереди одеты в пух и перья, болтают вполголоса, смеются и с тоской смотрят на входные двери.
Район явно переживает радикальные перемены. Но пока между оттоком старой промышленности и началом застройки зияет пустота, временные заведения вроде этого процветают.
Клуб занимает большое кирпичное здание без окон.
Агнета рассказала Йоне, что Ольга Вуйчик работает в закрытом клубе «Красные круги». Войти туда можно только, если пройти мимо вышибалы у двери в соседнее здание — через задний двор «Сауны».
Йона машет рукой, заметив, как из‑за угла появляется Стина Линтон. Она без очков. Волосы стянуты неоново‑жёлтыми резинками. Губы накрашены ярко‑красной помадой. В привычной одежде её не узнать: на ней чёрные джинсы и тонкая кожаная куртка.
— Очень мило, — говорит он.
— Под любым предлогом, — отвечает она с улыбкой.
Тяжёлая бас‑линия, вырывающаяся на улицу каждый раз, когда открывается дверь, похожа на неотразимый запах.
Очередь медленно ползёт вперёд, петляет между ограждениями и продвигается мимо охранника.
Йона и Стина добираются до входа и заходят внутрь. Платят у стойки, расписываются в списке «эксклюзивных участников», проходят через металлоискатель и личный досмотр и протискиваются через толпу на танцпол.
Йона чувствует, как пульсирующая музыка бьёт ему в грудь, пока они продираются сквозь массу танцующих и прыгающих тел под розовыми стробоскопами.
Воздух горячий и влажный.
На маленькой сцене стоит золотая рождественская ёлка.
Йона ведёт Стину вокруг бара к чёрной двери, ведущей к ряду туалетных кабинок.
Пол, выложенный чёрно‑белой плиткой, мокрый. В воздухе густо стоит запах мочи и рвоты. Пять женщин толпятся в очереди к женскому туалету.
В углу дремлет мужчина с блестящим лицом; рядом на полу валяется клочок закопчённой фольги и красная фетровая шляпа.
Они проходят мимо нескольких пивных кег, кто‑то кулаком стучит в стену.
Йона открывает металлическую дверь в глубине коридора. В лицо им бьёт ледяной воздух. Они со Стиной спускаются по железной лестнице на пустующую, заваленную мусором площадку.
Земля усыпана кирпичами, осколками стекла, автомобильными шинами и коробками с намокшими книгами.
За грудой бетона и искорёженной арматуры женщина курит героин. У двери в соседнее здание — то, где находится клуб «Красные круги», — стоит мужчина в бронежилете, чёрных тактических брюках и ботинках.
Его рост не меньше метра восьмидесяти. В руке — чёрный «Кольт‑933», современная штурмовая винтовка с укороченным стволом.
— Стоп, — спокойно говорит он.
— Мы пришли к Ольге Вуйчик, — отвечает Йона.
— Нет, — отрезает тот.
— Вы её знаете? — спрашивает Стина.
— Вам лучше вернуться на вечеринку.
— Вы можете позвать Ольгу? — спрашивает Йона.
— Нет.
— Это важно, — поясняет Йона и делает шаг вперёд.
— Вы не войдёте, — отвечает охранник и переводит винтовку в режим полуавтоматического огня.
В этот момент Йона замечает татуировку на внутренней стороне его запястья. Стрекоза и меч.
— Нордвейк, — говорит он.
— Почему ты так сказал? — настораживается охранник.
— Ты тренировался у Ринуса Адвоката?
— Я бы отдал десять лет жизни за такой шанс. Но меня вышвырнули раньше, чем я успел до этого дойти… Постой, ты не Йона Линна, случайно?
— Да.
— Чёрт, — бормочет мужчина, не сводя с него взгляда. — О тебе все там говорили.
— Сомневаюсь, — отвечает Йона.
— Йона Линна, — повторяет тот, качая головой и усмехаясь.
— Нам нужно внутрь, — говорит Йона.
— Я могу вас впустить и потом выпустить. Но сам должен остаться здесь. У них моя младшая сестра, — признаётся он.
— Что у вас там происходит?
— Не знаю и знать не хочу, — отвечает он и открывает дверь.
Йона и Стина заходят внутрь. Дверь с грохотом захлопывается за ними.
Зелёный свет аварийного выхода над головой освещает коридор с потёртым виниловым полом и обоями, местами отстающими от стен. Капли конденсата блестят на трубе под потолком.
Йона чувствует короткий укол мигрени за глазом. Видит, как Стина тревожно убирает прядь волос с лица.
Они идут по коридору и слышат приглушённый крик за стеной. На полу валяется окровавленная гигиеническая прокладка и несколько длинных полосок туалетной бумаги.