Они выходят из клуба на холодный воздух, минуя длинную вереницу загулявших людей.
Йона слышит завывания многочисленных сирен — карет скорой помощи, несущихся со всех сторон.
Пока внутри продолжается операция, Йона садится на заднее сиденье патрульной машины, где сидит Ольга.
Нож пробил Стине правое лёгкое. К тому моменту, когда прибыли медики, её губы уже начали синеть.
У клуба дежурят не меньше десяти полицейских машин и передвижной командный пункт, четыре «скорой помощи» и пожарная машина. Их синие проблесковые маяки зловеще скользят по тёмным кирпичным фасадам. Над всем этим завис полицейский вертолёт.
Йона думает о том, что только что убил человека с татуированным лицом. Ещё одна чёрная ворона тяжело опускается в темноту его души.
Он проводит рукой по волосам и внимательно всматривается в удивительно симметричное лицо Ольги и её подбитый глаз. Она оседает на сиденье, тушь растекается по щекам. Дыхание прерывистое, тихо свистящее через пирсинг в щеках.
— Яцек меня убьёт, — бормочет она в который раз.
— Ольга, послушайте, — говорит Йона. — Я веду отдельное расследование. Вас вызывали на допрос.
— Да, я знаю. Но я не могу говорить с полицией.
— И всё же вы здесь.
— А у меня есть выбор? — шепчет она.
Она плотно сжимает губы и дышит через нос и крошечные отверстия в щеках.
— Когда вы разбудили Хьюго, когда он бродил у вас по квартире во сне, он начал говорить о кемпинге в Бредэнге, — начинает Йона.
— Да. Он был совершенно невменяемый.
— Что именно он сказал?
— Что он сказал… Я была в шоке. Он нёс полную чушь. Метался у моей балконной двери, говорил о замке, о ноже, о снеге, падающем на кемпинг, о тёмных караванах. Не знаю. Я просто пыталась его успокоить, чтобы он не дёргался.
— Он увидел убийцу?
— Не думаю. По крайней мере, у меня было иное впечатление. Но он что‑то бормотал о кровавом зубе. С золотой коронкой.
Ольга что‑то шепчет по‑польски, пока цепочка мужчин в наручниках выходит из двери клуба, а машины «скорой» наполняются молодыми парнями, закутанными в одеяла.
Йона решает, что пора передать её коллегам и ехать домой спать.
Расследование только что сделало значительный шаг вперёд. Никто не знал, что серийная убийца вырывала зубы у своих жертв. Это значит, что Хьюго действительно сумел разглядеть реальность за своим кошмаром. И что — по крайней мере временно — эта деталь удержалась, где‑то в его памяти.
Глава 59.
После убийства Иды Форсгрен‑Фишер расследование получило высший приоритет. Сейчас у них пять предполагаемых жертв, включая Люсию Педерсен, и двое убитых свидетелей.
Фотографии жертв вывешены на стене в конференц‑зале, рядом со снимками с мест преступлений и частью судебных доказательств.
Команде удалось найти размытое изображение бледно‑голубого «Опеля» без номерных знаков на трассе Е18 недалеко от Энчёпинга. Изучив записи с множества других камер в регионе, установили, что эта машина больше нигде не появляется.
«Вдова» могла без труда пересечь границу с Норвегией.
Но она ещё не закончила, думает Йона. Она просто затаилась и наблюдает за своей следующей жертвой.
Он сомневается, что её «Опель» вообще добрался до Вестероса. Скорее всего, машина исчезла, где‑то в сети просёлочных дорог между маленькими, малонаселёнными деревушками вроде Вильберги, Гриллби и Хаги.
Йона сидит за столом со своим начальником Ноа Хеллманом и коллегами Бондессоном, Рикардом Рослундом и Анной Андерссон. К ним присоединились Йоран Берг из Западного региона и Омар Насри. Фрида Нобель теперь замещает Стину Линтон, которая будет на больничном как минимум месяц.
Совещание началось с того, что начальник рассказал об утренней пресс‑конференции и объяснил, что давление со стороны политиков и средств массовой информации возросло в геометрической прогрессии. Потом Йона включил запись второго сеанса гипноза, на котором Хьюго Санд наблюдал за убийством через окно в задней части фургона.
Рикард попытался сказать, что‑то о человеческом аспекте дела и так растрогался собственными словами, что ему пришлось выйти из комнаты, чтобы прийти в себя.
Взгляд Йоны скользит по фотографиям жертв. Он сравнивает раны, оторванные конечности, порезы, синяки и трупные пятна.
— Надо помнить, что следственная машина в целом работает, — говорит Омар, проводя рукой по столу. — Мы следуем новым руководствам, все шестерёнки вращаются так, как им положено… просто медленно. Удручающе медленно, как мне кажется.