Сванхильдур тянется к руке Хьюго и крепко сжимает её.
Тёмная фигура покачивается и делает шаг вперёд. В зелёном свете знака аварийного выхода вдруг проступает лицо.
Это Ларс Грайнд.
Врач смотрит на Хьюго и ухмыляется, словно безумный фокусник, пока камера движется прямо на него.
Хьюго, кажется, совсем не замечает его присутствия.
Отражения ночников в замках и петлях вспыхивают, словно звезды в текущей реке.
Хьюго тревожно оглядывается через плечо, потом продолжает идти к доктору Грайнду, который ждёт его в конце коридора.
— Что это? Видишь? — спрашивает Сванхильдур, указывая на экран. — Вот, смотри.
— У меня мурашки по коже.
На полу у стены, в нескольких метрах позади Ларса, в мягком свете дежурных светильников, что‑то шевелится.
Как испуганная собака, как краб‑паук.
Хьюго затаивает дыхание, наблюдая, как приближается к Ларсу.
Лысая голова доктора вспыхивает в зелёном свете, по его щекам струится пот. Взгляд сосредоточен и напряжён, зубы сверкают.
Ларс Грайнд хватает Хьюго за плечо, заставляет остановиться и валит на пол. Хьюго падает на бок и начинает вырываться.
Камера трясётся, снимая пол.
Впереди, в углу, сжавшись, сидит другой пациент — Каспер. Он начинает подползать к Грайнду и Хьюго, двигаясь рывками.
С другой стороны, появляется Ракия со шприцем. Грязный пластырь на её указательном пальце закрывает почти весь экран, когда она снимает защитный колпачок с иглы.
Хьюго всё ещё сопротивляется, но Грайнд прижимает его к полу.
Босая нога резко вырывается вперёд.
Каспер подползает ближе, Грайнд удерживает его одной рукой, пока Ракия делает Хьюго укол.
Камера дрожит, на мгновение поворачивается к полу, потом откатывается в другую сторону. Похоже, Каспер каким‑то образом повредил рот — его зубы в крови. Он тянется к Хьюго, но Грайнд продолжает удерживать его.
— Это безумие, — шепчет Хьюго.
Грайнд и Ракия поднимают Хьюго на ноги, отводят обратно в номер и укладывают в кровать.
Сванхильдур тянется и закрывает крышку ноутбука. Они с Хьюго минуту сидят молча.
— Они говорили тебе про укол? — спрашивает она.
— Нет, пока нет.
— Потому что они не могут просто… Я хочу сказать, ты здесь добровольно. Тебе нужно запросить все свои записи.
Сванхильдур сопровождает Хьюго к кабинету Ларса Грайнда. Они решили не упоминать про камеру, но чувствуют, что должны поговорить с ним, если хотят остаться в лаборатории.
Ларс открывает дверь с удивлённой улыбкой, говорит, что‑то про особых гостей и, приглашая их войти, спрашивает, не хотят ли они горячий шоколад.
— Нет, спасибо, — отвечает Хьюго, заметив в мусорном ведре салфетку с отпечатком красной помады.
— Пожалуйста, садитесь, — говорит врач.
— Нам нужно поговорить, — произносит Хьюго.
— Боже мой, как зловеще это звучит, — улыбается Ларс.
— Да… Вчера вечером мне ввели лекарство против моей воли.
— Почему ты…
— Я же говорил вам утром, что у меня тяжёлая голова.
— Правда?
— Вы не имеете права скрывать от меня, что происходит, — говорит Хьюго. — Я хочу посмотреть свои записи. Прямо сейчас.
— И я хочу посмотреть свои, — говорит Сванхильдур.
— Понимаю, — бормочет Ларс, потирая лысую голову.
— Я поговорю с папой, — продолжает Хьюго. — Мне действительно нехорошо, но нам нужно знать, что здесь происходит.
Глава 62.
Агнета стоит в дверном проёме и наблюдает, как такси Бернарда подъезжает к дому, замыкая круг с того момента, как он уехал на заднем сиденье скорой помощи.
Он выходит, машина разворачивается и исчезает, поднимаясь по крутой подъездной дорожке.
Бернард медленно идёт к ней, холодный воздух обдувает его тело. Он входит в дом и запирает за собой дверь.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает она.
— Нормально. Спина и бедро немного затекли, но жить можно.
Он тихо стонет, когда она помогает снять пальто.
— Ты голоден? Я могу разогреть что-нибудь покушать — говорит она.
— Пожалуйста.
Бернард скидывает туфли, оставляя их посреди коврика, подходит к ней и обнимает.
Они стоят в тускло освещённом коридоре несколько мгновений, наслаждаясь теплом друг друга и знакомым уютным запахом.
— Может, перестанешь меня пугать? — говорит Агнета, разжимая объятия.
— Извини, — отзывается он, идя за ней на кухню. — Я и сам немного перепугался. Думал: всё, сейчас меня забьют до смерти, отрубят голову…
— Ты её видел? Это была убийца? — спрашивает она дрожащим голосом.