За ней оказывается лишь куча сложенных полотенец, свалившихся с полки и заблокировавших дверцу.
В воздухе тяжело висит землистый запах крови и мочи.
С оружием наготове они проходят в спальню, где плотные шторы наполовину задернуты.
— Господи… — бормочет Дэнни.
На полу, в огромной луже крови, лежит труп. Голова укатилась под кровать.
На тумбочке вспыхивает экран телефона с новым сообщением, и в этом внезапном свете двое офицеров видят, что комната напоминает бойню.
Кровь разбрызгана по мебели и стенам, капает с потолка и абажуров, блестит на бахроме покрывала.
Дверь в ванную приоткрыта.
Дэнни подходит и толкает её шире. Он направляет пистолет в темноту и на ощупь ищет выключатель.
В мягком свете из матового окна он различает грубую песчаниковую плитку на полу и стенах. Там круглая ванна, открытый душ с двумя лейками под потолком и невидимый слив.
Шок от увиденного накрывает его с новой силой, пистолет в руке так сильно дрожит, что приходится подпереть его другой.
Словно в полусне, он слышит, как Пингу сообщает по рации, что жертва обезглавлена, а убийца, вероятно, уже скрылась.
— Мы думаем, Нина всё ещё наверху.
Дэнни нужно на холодный воздух. Он чувствует, что сейчас развалится на части, будто вот‑вот взорвётся от страха.
Петрус смотрит на него, затем подходит, обнимает и говорит, что эмоции могут подождать.
Он отпускает молодого коллегу и внимательно его разглядывает.
— Ты в порядке?
— Думаю, да. Спасибо, — отвечает Дэнни, расстёгивая молнию куртки.
Петрус слышит тихий скрежет, но не может понять, откуда он.
Он оборачивается, поднимает пистолет, возвращается к дверям ванной и заглядывает внутрь.
Сердце начинает биться чаще, когда он понимает, что звук мог исходить от одной из вешалок в гардеробной.
Он разворачивается обратно в спальню и видит, как Дэнни упирается одной рукой в стену, а другой прикрывает рот.
Низкий скрежет повторяется, но теперь это уже не металл о металл. Это металл о камень, лезвие топора о грубую песчаниковую плитку.
Глава 66.
Йона мчится по узким дорогам между роскошными виллами, шины рычат по промёрзшей земле. Снежные хлопья танцуют в свете синих фар.
Впереди он видит следы шин своих коллег на снегу, следы торможения и столкновения с мусорным баком. Он сбрасывает газ, пролетает по заснеженной полосе посередине дороги и снова ускоряется на выходе из поворота.
Всё происходит очень быстро, как часто случается, когда судьба человека уже решена. Короткое мгновение одновременно сверхъестественного величия и вульгарной обыденности.
Петрус Лит успевает лишь осознать, что скрежет напоминает звук металла о песчаник, и довести эту мысль до конца, как его череп сзади раскалывается надвое.
Фактически он уже мёртв, когда получает удар ногой в спину и падает вперёд.
— Пингу?
Дэнни оборачивается и видит окровавленную фигуру с длинными светлыми волосами; он успевает поднять пистолет, прежде чем топор врезается ему в предплечье.
Его рука, всё ещё сжимающая пистолет, падает на пол.
Кровь бьёт из культи мощными струями.
Дэнни видит, как топор снова рассекает воздух, и откидывается назад. Лезвие свистит мимо его лица и вонзается в стену.
Он разворачивается и вылетает из спальни, прижимая окровавленное предплечье другой рукой. Спотыкается о кучу полотенец, врезается в зеркало и слышит, как оно разбивается об пол, пока он отползает.
Пошатываясь, он выбирается в коридор, через взломанную входную дверь и в яростный снегопад снаружи.
Ледяной воздух царапает лёгкие, ему приходится остановиться. Поле зрения сужается, дыхание становится слишком частым, он спешит к машине и падает на землю.
— Я не могу умереть, — шепчет он себе. — Не могу.
Дрожащими пальцами он снимает ремень, дважды туго обматывает им руку и закручивает, чтобы остановить кровотечение.
Он слышит приближающиеся шаги и задерживает дыхание, пока не понимает, что она уже увидела его.
Убийца стоит прямо перед ним.
Дэнни падает на колени, поднимает руку и окровавленную культю, склоняет голову, умоляя сохранить ему жизнь.
— Пожалуйста, — умоляет он. — Я вас не видел, вам не нужно меня убивать. Это ко мне никак не относится.
Йона почти добрался до дома, когда услышал, что диспетчер потерял связь с его коллегами.
Слева за окном тянется низкий защитный барьер.
Машины «Вдовы» больше нет за фонарным столбом.