Оператор резко уводит аппарат в сторону, и один из пропеллеров задевает нависающую крышу. Дрон накреняется, врезается в гладкую стену силоса и теряет питание.
— Чёрт!
Командир тактического подразделения даёт команду на штурм. Группа разбивает два заколоченных окна.
Они один за другим запускают внутрь несколько баллонов со слезоточивым газом.
Йона выскакивает из машины и досылает патрон в патронник, пока бежит к силосу.
Собака начинает яростно лаять.
Впереди отряд делится на две группы и быстро движется к кирпичному зданию с винтовками наготове.
Раздаются три выстрела подряд, и эхо прокатывается по двору.
Обогнув угол силоса, Йона видит собаку, растянувшуюся на земле.
Из дверного проёма валит серый дым. Оперативники исчезают в нём, двигаясь вдоль стен.
Йона ускоряется.
Гравий, смерзшаяся земля — такие твёрдые, что кажутся бетоном.
Приближаясь к кирпичному зданию, он связывается с Джамалом по рации:
— Я за тобой. Я за тобой, приём.
Йона срывает шапку, прижимает её к носу и рту, поднимает пистолет и входит в дверь.
В дыму впереди тактические фонари выхватывают большую комнату с облезлыми обоями с медальонами. Йона сразу поворачивает направо и проходит через подсобку с душевой кабиной.
У стиральной машины в красном ведре лежат два топора. Оба ещё в пластиковой упаковке.
— Стоять, полиция! — слышит он крик Джамала, где‑то в глубине здания.
Глаза Йоны жжёт от газа, когда он выходит на обшарпанную кухню. В раковине свалены окровавленные куски туалетной бумаги. На полу — несколько пустых собачьих мисок. На столе — упаковка булочек для хот‑догов и банка пива.
Он слышит тяжёлые шаги и успевает заметить мужчину с длинными седыми волосами, который бежит мимо проёма впереди.
На кухне вспыхивают очереди выстрелов.
В дверях появляется один из оперативников. Встретившись с ним взглядом, Йона жестом показывает направление, куда убежал мужчина.
По трубам проносится серия металлических ударов.
Йона возвращается в подсобку и выходит в большую комнату с узкой лестницей наверх.
На грубом деревянном полу валяются два использованных баллона со слезоточивым газом.
Над головой скрипят балки, с потолка сыплется струйка пыли.
Джамал и ещё один оперативник выходят из соседней комнаты.
— Он наверху, — говорит Йона.
— «Альфа», за мной. Остальные остаются внизу — говорит Джамал по радио.
Трое мужчин бегут по лестнице, прикрывая друг друга. Они осторожно продвигаются между шкафами, комодами и диванами.
На первом этаже темнее. Воздух немного теплее и плотнее от пыли. Из комнаты справа доносится приглушённый кашель.
Джамал подбегает к двери и распахивает её, уходя влево. Его коллега берёт правую сторону.
Йона следует за ними с поднятым «Кольтом Комбат».
Они только мельком видят длинноволосого мужчину, когда тот выскакивает в другую комнату и захлопывает за собой дверь.
Его шаги глухо стучат по полу.
Джамал становится спиной к стене, сдёргивает дыхательную маску и дёргает ручку.
Дверь заперта.
Йона делает шаг вперёд и со всей силы пинает её. Раздаётся хруст, дверь распахивается, и щепки дерева с кусками металла падают на ковёр по ту сторону.
Комната пуста.
У стены стоит несколько старых банок из‑под краски.
Мужчина ушёл дальше — в соседнее помещение, исчезнув в служебном коридоре и обогнув их с другой стороны.
Вместо того чтобы бежать за ним по петляющему маршруту, Йона разворачивается и перехватывает его перед лестницей.
— Стоять!
Мужчина сворачивает в тёмный коридор за листом толстой пластиковой плёнки.
Свет тактических фонарей пробегает по полу.
Джамал и его напарник оказываются на лестничной площадке с той же стороны, что и седовласый.
Их глазные яблоки светятся в темноте.
Йона указывает на пластиковую завесу, рвёт её, и трое мужчин бегут по коридору.
Доски потолка начали рушиться. Одна уже лежит на полу, другая свисает поперёк прохода.
Впереди хлопает дверь.
Йона отталкивает упавшую доску в сторону и чувствует, как торчащий гвоздь царапает ему руку.
Мужчины замирают в конце коридора, обмениваются короткими взглядами, затем снова двигаются вперёд, прикрывая друг друга так же, как раньше.
Это большая комната с потолочной розеткой и арочным окном, выходящим на железную дорогу. В ней две двери.
Левая завалена грудой сдвинутых коробок.
Йона слышит лёгкий шорох.
Они останавливаются и прислушиваются.