Йона проходит через калитку и поднимается по подъездной дорожке к большому жёлтому дому с чёрной двускатной крышей.
За домом большая лужайка спускается к маленькой хижине у воды.
Йона подходит к двери, достаёт из внутреннего кармана телефон, включает диктофон и убирает его обратно в куртку.
Он нажимает на звонок и слышит, как внутри эхом разносится цифровая мелодия. Мгновением позже — шаги по кафельному полу.
Дверь открывает Бернард Санд.
Его седеющие волосы торчат дыбом, под глазами тёмные мешки, но он чисто выбрит и одет в коричневый вельветовый костюм с кожаными заплатками на локтях.
— Йона Линна, — говорит он, протягивая руку. — Мы познакомились, когда Хьюго был под стражей.
— Конечно. Входите, входите. Пальто можете оставить здесь — говорит Бернард. — Простите, если в прошлый раз я показался вам немного настороженным. Вся эта ситуация была ужасно тяжёлой. Особенно для сына, конечно, но и для меня тоже. У вас есть дети?
— Взрослая дочь, — отвечает Йона, вешая пальто.
— Тогда вы знаете, каково это… Прошу. — Бернард ведёт его по коридору. — Я подумал, что мы могли бы посидеть на кухне. Или вы предпочли бы, чтобы я вас оставил? Я не совсем понимаю, как это обычно бывает.
— Было бы хорошо, если бы вы или Агнета присоединились к нам.
— Агнета весь день в офисе.
Бернард останавливается у закрытой двери кухни, поворачивается к Йоне и пытается расслабленно улыбнуться.
— Хьюго ведь больше не подозреваемый, правда? Я имею в виду… Страшно признаться, но, когда позвонил адвокат и рассказал о второй жертве… Впервые я подумал, что в убийстве может быть и оборотная, почти положительная сторона.
— Расследование не закрыто, оно просто перешло на новый этап, когда прокурор больше не считает Хьюго подозреваемым, — объясняет Йона.
— А вы?
— Пока что‑то не признано невозможным, оно остаётся возможным.
— Даже убить кого‑то в Соллентуне, находясь под замком в Стокгольме?
— Вы писатель, — уточняет Йона.
— Он мог работать с кем‑то ещё… если вы это имеете в виду?
— Я лишь говорю, что такого исключать нельзя. Хотя в данный момент я рассматриваю Хьюго как свидетеля.
— Значит, вы считаете, что нам больше не нужен адвокат? — хмурится Бернард.
— Я так не думаю. Но если вам спокойнее с адвокатом, это абсолютно нормально. Хьюго несовершеннолетний, и это официальная беседа.
Бернард тихо стучит и открывает дверь на кухню. На окне висит латунная рождественская звезда. Хьюго сидит за столом с банкой «Ред Булл» и потрёпанным учебником по химии. На нём очки, волосы собраны в пучок.
Подросток бледный и красивый, хотя и немного грубоватый на вид: руки в татуировках, тёмный порез на лбу, жёлтый синяк на щеке и бинты на трёх пальцах.
— Привет, — говорит Йона.
— Привет.
— Мы познакомились, когда вы были под стражей. Меня зовут Йона Линна, я детектив Национального отдела по борьбе с преступностью, — говорит он, пожимая Хьюго руку. — Я руковожу расследованием и хочу начать с извинений за время, которое вы провели в Крунуберге. Прокурор ошиблась, и… Я знаю, вам было тяжело.
— Я уже дома, — отвечает Хьюго и кладёт жёлтый маркер на стол.
— Но, чтобы ты понимал, ты ещё не до конца оправдан, — добавляет Бернард.
— Никакие варианты не будут окончательно исключены, пока я не раскрою это дело, — поясняет Йона.
— Похоже, вы уверены, что сможете, — говорит Хьюго и смотрит на него с проблеском интереса.
— Да, — отвечает Йона, садясь напротив.
Глава 17.
Бернард бросает взгляд на Йону, отодвигает стул, кладёт руку на спинку, немного медлит и спрашивает, не хочет ли он кофе.
— Пожалуйста.
— Крепкий и чёрный, полагаю?
— Звучит неплохо, — с улыбкой отвечает Йона.
Он достаёт телефон, кладёт его на стол и поворачивается к Хьюго.
— Я буду записывать наш сегодняшний разговор, просто чтобы ты знал.
— Послушайте, я не хочу показаться грубым, — говорит Хьюго, — но мне действительно нужно учиться…
Он замолкает, когда на кухне начинает жужжать кофемолка. Откидывается на спинку стула и чешет живот через выцветшую футболку «Актес Суд».
— Я не отниму у тебя много времени, — говорит Йона.
— Просто у меня сегодня контрольная.
Шипение и бульканье кофеварки затихают. Бернард ставит перед Йоной чашку с блюдцем.
— Спасибо.
— Наверное, я тоже не совсем понимаю, зачем вы здесь, — продолжает Хьюго, хотя уже закрывает учебник по химии.