Земля завалена мусором: старыми пластиковыми бочками, автомобильными шинами, сломанным зонтом и пустыми картонными коробками из‑под яиц.
На бочке из‑под масла мужчина со шрамами на щеках, в рубашке с серебристыми блёстками, делает кому‑то укол.
У двери в здание напротив стоит огромный мужчина в чёрной боевой форме с автоматом в руках.
— Ольга, — безрадостно произносит он, когда они подходят.
— Вип‑гости, — отвечает она с улыбкой.
Он не улыбается в ответ, просто смотрит на неё с нейтральным выражением. Хашим поёживается и говорит, что‑то по‑французски.
Хьюго плотнее запахивает пальто и замечает кусок серебристой ленты с надписью «КРАСНЫЙ КРУГ», выведенной красным маркером на верхней части косяка.
Крепкий вышибала пропускает их молча.
Ольга открывает дверь, и они входят в узкий коридор, освещённый бледно‑зелёным светом указателя аварийного выхода.
Из‑за стен до них доносятся возбуждённые голоса.
Они проходят мимо нескольких закрытых дверей. В красном пластиковом ведре на полу Хьюго замечает три мобильных телефона.
Ольга открывает металлическую дверь в комнату, где стоят синий джинсовый диван, низкий журнальный столик с грязной стеклянной столешницей и пара жёлтых пластиковых складных стульев.
— Можешь подождать здесь, Хьюго, — говорит она, бросая на него быстрый взгляд.
— Но я не понимаю, что…
— Тебе и не нужно понимать.
— Отлично, — говорит он и входит.
Дверь за ним захлопывается, и он слышит, как их шаги затихают в коридоре. В комнате пахнет пылью и старой тканью. Рядом с пустым холодильником «Кока‑кола» стоит помятый чемодан.
Хьюго плюхается на диван, расстёгивает пальто и откидывается назад. Он дёргает кольцо в нижней губе, проверяет телефон и видит десять пропущенных звонков от отца.
«Идти в клуб было ошибкой», думает он. Ольга в стрессе, и теперь срывается на нём. Ему следовало просто поехать домой, поужинать и подготовиться к экзамену.
Сквозь стены доносятся приглушённые голоса и музыка.
В углу стоит торшер без абажура, голая лампочка отбрасывает круг света на шершавую стену.
Минут через двадцать дверь открывается, и в комнату входит Ольга. Она протягивает ему пластиковый стакан пива.
— Спасибо. Я просто хотел…
— Мне нужно, чтобы ты сидел здесь, пока я не приду за тобой, — говорит она.
— Хорошо, но сколько…
— Ты слышал, что я только что сказала?
— Слышал.
Её тонкие браслеты цепляются за рукава, и она поднимает обе руки, отбрасывая их назад.
— Возьми это, — говорит она и кладёт на подлокотник дивана маленькую белую таблетку.
— Что это?
— Просто доверься Ольге.
Она смотрит в телефон, разворачивается и выходит. Хьюго пьёт пиво, стирает пену с верхней губы и ставит стакан на стол. Его взгляд снова падает на белую таблетку.
Он закидывает её в рот и запивает пивом. Горечь остаётся на языке, и он делает ещё один глоток, чтобы смыть привкус.
Хьюго копается в телефоне, когда вдруг начинает чувствовать приятное покалывание в коленях и пальцах ног. Оно медленно поднимается вверх, доходит до губ, и те пощипывает.
Он оглядывает комнату без окон, закрытую дверь, помятый металл, облупившуюся ручку.
Из вентиляционной решётки под потолком доносится тихое гудение, пыль кружится в луче света.
Хьюго снова тянется к телефону, но мысли расплываются, ему становится трудно сосредоточиться.
Его накрывает тихая эйфория.
Музыка снаружи усиливается. В коридоре слышны голоса и шаги.
Улыбаясь, он прячет телефон обратно в карман. Слышит, как по трубе идёт вода, и откидывает голову на подушку.
Он закрывает глаза и почти сразу вздрагивает — чья‑то ладонь со звуком шлепка ударяет его по щеке.
Страх захлёстывает его, сердце колотится.
Он стоит посреди комнаты, заставленной мониторами и столами. Крепкий мужчина с татуированным лицом держит его за горло одной рукой и бьёт другой.
— Отвечай! — кричит он. — Или я тебе руки оторву!
— Простите, я…
— Кто ты, чёрт тебя побери?
Хьюго понимает, что, должно быть, опять ходит во сне. Сквозь стекло он видит несколько ярко освещённых кабин с веб‑камерами.
— Я Хьюго. Я пришёл сюда с Ольгой.
В одной из кабин молодой человек с мокрым полотенцем на лице привязан к наклонному столу. Широкоплечий мужчина в латексном капюшоне, кажется, насилует его. Тело парня натянуто, спина выгнута в долгой судороге.
— Она сказала, что ты должен здесь быть? — спрашивает татуированный, сжимая горло Хьюго.