Он взглянул наверх. Лили сидела, поджав ноги, в лучах лунного света на высоте дюжины футов. Ее крылья выглядели кошмарно. Из них клочьями выпадали перья. Она смотрела на него и дрожала, но Арти не чувствовал особой симпатии.
– Хэллоуин только завтра, – сказал Арти второй раз за день. – И костюм у тебя отвратный.
Лили моргнула, и что-то упало на щеку Арти снова. Он провел по щеке, и пальцы его повлажнели. Лили плакала. Теперь Арти стало не по себе. Он терпеть не мог, когда кто-то плачет.
– Помочь тебе спуститься? – спросил он.
– Нет. – Голос Лили все еще звучал как музыка, что появляется ниоткуда и разливается повсюду, но в нем появилась дрожь, которой Арти прежде не слышал. – Я жду Джека. Ты его видел?
Арти покачал головой:
– Я еще не был внутри. Но если хочешь, я скажу ему, что ты здесь.
– Спасибо.
Арти шагнул в сторону, затем опять посмотрел на Лили.
– Ты в порядке? – спросил он.
– Я больна, Арти.
Арти не удивился.
– Да, – сказал он, – тут кругом одни больные.
По пути к дому он увидел Джека – тот шел навстречу. Джек на ходу снимал одежду и бросал ее.
– Арти! – радостно сказал Джек, улыбаясь. – Эй, ты видел Лили?
– Сорок-пятьдесят футов в ту сторону. – Арти показал туда, откуда пришел. – Забралась на дерево, как напуганная кошка.
Он положил руку на голое плечо Джека:
– Ты нужен ей, друг.
Улыбка исчезла с лица Джека.
– Спасибо, Арти, – сказал он и бегом ринулся в ту сторону, куда ему показали.
Арти пошел дальше к дому. Внутри Кэролин с Кэти играли в слова, и ни одна даже не поглядела в его сторону. И остальные не обратили на него внимания. Хэлли была со своим новым бойфрендом, а Стивен с мрачным видом читал книгу.
Но Клео и Тони готовили на кухне печеные яблоки и жареную кукурузу и хотели, чтобы Арти им помог. Он был счастлив этим заняться.
Позже, в гостиной при свете камина, он рассказывал детям истории о Маньяке с крюками вместо рук и о Задушенном Добермане, так, что они чуть не обделались со страху. По крайней мере Тони; Клео выпендривалась.
Но Арти все равно нравилось рассказывать истории, так что день не прошел зря. Хотя он не был уверен, что когда-нибудь снова появится в доме Хэлли. Теперь, раздумывая об этом, он понимал, что ему никогда не бывало здесь так уж весело.
Часть XII
Бобровая луна
Понедельник, 29 ноября 1993 года
Глава 20
Этот-Как-Его был похож на зубной эликсир
Этот-Как-Его был похож на зубной эликсир, подумала Хэлли, выходя из Остинской публичной библиотеки. Он смывал вкус всего и всех. После мутной и невнятной трехмесячной полусвязи с полуколлегой Карлом Шугарманом Этот-Как-Его – он адвокат, ко всему прочему, – появился в прошлую пятницу, и чувства Хэлли сделались резкими и прозрачными, как осколок стекла.
Сейчас она пошла в библиотеку, чтобы возвратить семь просроченных книг (четыре были взяты для Клео, две – для Тони и одна – для нее самой), но, разглядывая книжные полки в поисках нового чтива, она могла думать лишь о прошедшем уикенде и о человеке, с которым она этот уикенд провела. Поэтому она вышла из библиотеки с пустыми руками и обнаружила, что солнце уже село, пока она была внутри. Небо затянули облака, и похолодало. Хэлли вдохнула полной грудью; приближался дождь. Почти полвосьмого, так что у нее больше часа до того, как ее бывшая свекровь привезет Клео и Тони домой. Дети со Дня благодарения оставались в Раунд-Роке, и бабушка обещала отвезти их сегодня в школу и забрать. Потом она собиралась повести их в детский музей и на обед с пиццей в детском кафе и лишь потом привезти домой.
Хэлли, конечно, была рада опять увидеть своих детишек, но все-таки жалела, что ее длинный уикенд, лишенный деловых и материнских забот, подходил к концу. Правда, продлить его не было никакой возможности. Она уже подарила себе половину сегодняшнего дня, впервые бог знает за сколько времени дав себе волю в понедельник утром спать допоздна. Этот-Как-Его разбудил ее на минутку в восемь утра, сказал, что ему пора ехать; она поцеловала его и затем свалилась обратно в постель, проспав до одиннадцати. Потом равнодушно попробовала отладить своему клиенту программное обеспечение бухгалтерского учета, но вскоре отказалась от попыток. Вместо этого ей захотелось смотреть мыльные оперы и ток-шоу, пока ближе к вечеру она не вспомнила о библиотечных книгах. Лишь тогда она приняла душ и оделась.