Ответ дан в тексте: в этом случае только поднимется муть, а вода пропадет. Именно здесь и находится корень той боязни, которая парализовала его работу и искалечила всю его жизнь. Все "высоконаучные" рассуждения относительно пифагорейских мистерий были рационалистическим обоснованием страхов автора, что его самого смешают с грязью, если он опубликует свою теорию. Для Коперника достаточно было стать сиротой в десять лет, иметь брата-сифилитика и мрачного тирана в качестве опекуна. Так было ли необходимостью выставлять себя на насмешки и оскорбления современников, рисковать тем, что тебе прикажут убираться "с глаз долой"?
И это не были религиозные преследования, как гласит о том легенда, которых ему следовало опасаться. Легенды мало внимания обращают на даты; так что здесь важно помнить, что "Книга об Обращениях" не была помещена в Индекс запрещенных книг в течение семидесяти трех лет после ее публикации, и что известный суд над Галилеем имел место быть через девяносто лет после смерти Коперника. Но тогда, благодаря Контрреформации и Тридцатилетней войне, интеллектуальный климат Европы изменился радикальным образом – практически столь же радикально, если бы мы сравнили викторианскую эру и времена Гитлера-Сталина. Юные и зрелые годы каноника Коппернигка прошли в золотые времена интеллектуальной терпимости: в эпоху Льва Х, покровителя обучения и искусств; в те времена, когда даже высшие сановники Церкви свободно допускали либеральное, скептическое, революционное философствование. Да, Савонарола был сожжен на костре, а Лютер отлучен от церкви, но только лишь после того, как они открыто не подчинились римскому папе, после того, как все попытки усмирить их были исчерпаны. Ученым и философам не было смысла бояться преследований за собственные мнения до тех пор, пока те прямо и четко не оспаривали авторитет Церкви. Если они проявляли хотя бы минимум благоразумия в выборе слов, тогда они могли не только говорить, чего пожелается, но им даже потакали делать это, обеспечивая покровительством церковных чинов; именно это произошло и с самим Коперником. Поразительным доказательством этому является документ, включенный Коперником во вступительную часть его "Книги об Обращениях", и который предшествует посвящению римскому папе. Это письмо, о котором я уже упоминал, написанное Копернику кардиналом Шенбергом, занимавшим пост доверенного секретаря у трех пап подряд: у Льва Х, Климента VII и Павла III.
Николаус Шенберг, кардинал Капуи, шлет свои поздравления Николаусу Коперникусу.
Когда несколько лет назад я слышал, как единодушно восхваляли ваше усердие, я начал испытывать увеличивающуюся гордость за вас и считать, что наши соотечественники должны быть рады вашей славе. Мне сообщили, будто бы вы не только обладаете всеобъемлющими знаниями учений древних математиков, но и создали новую теорию Вселенной, в соответствии с которой Земля движется, а Солнце занимает основное и, следовательно, центральное положение; будто бы восьмая сфера (неподвижных звезд) остается в недвижимом и вечно закрепленном положении, и что Луна, совместно с элементами, включенными в ее сферу, помещена между сферами Марса и Венеры, делает ежегодные обращения вокруг Солнца; более того, будто бы вы написали трактат по этой совершенно новой теории в астрономии, а также высчитали движения планет и расположили их по таблицам, к всеобщему нашему восхищению. И вот тут, как один ученый другого, не желая быть неуместным, весьма настоятельно прошу я вас сообщить о вашем открытии ученому миру, и, как можно скорее по возможности, выслать мне ваши теории относительно Вселенной, вместе с таблицами и всем тем, что вы посчитаете существенным по данному вопросу. Я дал инструкции Дитриху фон Редену [другому канонику из Фромборка] сделать верную копию со всего этого за мой счет и отослать мне. Если вы окажете мне услугу в этом, то узнаете, что имеете дело с человеком, который принимает ваши интересы близко к сердцу и желает в полной мере оценить ваше совершенство. Прощайте.