Клаус сразу понял, что происходит. Мальчик без родителей в саду храма божьего. Можно даже объявления не подавать — это добровольный отказ от ребёнка. Поговорив ещё с мальчуганом, он выяснил, что когда он был с родителями, те вручили ему письмо. Это заинтересовало отца Клауса. Попросив отдать это письмо, он ещё больше убедился в правоте своих мыслей. Там был официальный отказ от ребёнка, а также полное его имя и фамилия. Крупным, размашистым почерком написано: «Феликс Мун» и пожелания, в духе «позаботьтесь о нем, он славный». Так зачем же отказываться от ребёнка, если он славный? Это останется загадкой навсегда. Тайна, которую родители унесут с собой в могилу…
Тем временем ребёнок резвился рядом. Он играл резными чётками Клауса. Просто светился красотой и беззаботностью. Тогда то Клаус понял, у мальчика великое будущее. Он мог бы стать успешным священнослужителем. Как потом оказалось, не сложилось.
Мальчик рос непослушным, своенравным и строптивым. Наказания лишь больше раззадоривали его. Он стал невероятно смелым, ни одна клетка его тела не знала что такое страх. Кроме того Феликс был эмоционально нестабильным. Очень резкий и неукротимый нрав юноши не мог разрешить ему быть священником.
Когда святой отец Клаус почти окончательно расстроился, он вдруг вспомнил про Академию. Это было бы лучшим вариантом. Там его энергию отправят в нужное русло. Там и Феликсу понравится. Сегодня он хочет ему это сказать. Но в это утро он нигде не мог найти шаловливого молодого человека.
Клаус не заметил, как дошел до озера. Присел на расположенную рядом лавочку. Всё-таки он стар, здоровье подводит. Пристроит мальчишку и будет отдыхать. Тут боковым зрением он заметил какое-то движение. Повернув голову в сторону шума, он увидел такую картину: молодой человек, придерживаясь за стену храма, построенного в прошлом веке, направляется в сторону спален.
Близоруко прищурившись, Клаус решил, что телосложением юноша похож на Феликса. Выдохнув, отец встал и направился к нему. Ветерок трепал его седые волосы.
Подойдя к Феликсу, отец Клаус сказал:
— Сын мой, тебя не было всю ночь! И ты не явился на службу вечернюю! Ты же знаешь, молиться надо каждый день, ибо на то воля божья!
— Да, да, божья! Понял я! — молодой Мун с силой надавил на глаза, и слегка покачнувшись, облокотился на стену храма, — А теперь прошу меня извинить, батя… Отец Клаус, вроде бы, — на этих словах он понизил голос, но тут же выправился, — мне нужен отдых, ибо на то воля господня!
Феликс воздел руки к небу, показывая веру в то, что говорит. Он был каким-то помятым. Явно было видно, что солнечный свет режет ему глаза. Тут и догадаться не трудно, где был «блудный сын».
— Дитя моё, ты пошел против воли господней и не молился вечером, чтобы развлекаться и распивать спиртные напитки? — отец Клаус недовольно посмотрел на грешника.
— Ибо на то воля господня, — ухмыльнулся бесстыдник, — а теперь бать… Батюшка… я прошу меня простить! Природа зовёт. У меня дикий сушняк!
— Нет, сын мой, грешный, — начал было святой отец, — исповедуйся и покайся в грехах своих!
— Нет уж, боюсь вы не хотите узнавать все подробности, отече! — губы Феликса начали растягиваться в кривой лукавой улыбочке при воспоминании сегодняшней ночи, — Думаю такие подробности личной жизни должны оставаться нерассказанными. Вы стар для таких откровений!.. Не откачают ведь!
В голове юноши встали образы прошедшей ночи. О, эта ночь навсегда останется в его воспоминаниях, как лучшее, что могло случиться с ним.
Вечером прошлого дня, ссылаясь на недомогание, он улизнул со службы. Стоит ли говорить, что хворь, как рукой сняло, когда он оказался за пределами храма? Думаю, всё очевидно. Дальше как в сказке. Он перепрыгнул через ограду и в мгновенье ока уже бежал вдоль оживленной трассы. Ночь, влекшая за собой чрезвычайно нецензурные и порочные события, мягко опускалась на город.
Молодой человек перешёл на шаг, вдыхая аромат свободы. Сегодня тот день, коего он ждал так долго. Пришло время оторваться. Никто его не остановит. Он шел, предвкушая бурные воспоминания на всю жизнь (и на следующую тоже), дышал ночью, что обещала быть горячей. Феликс направлялся на площадь, где решено было встретиться с друзьями-любителями развлечений именно такого характера. Овевающий холодок не отрезвлял, он пьянил хлеще крепкого виски.
« Он идёт по оживленной улице. В глаза бьёт свет фонарей. Ему нравится искусственное освещение, лучше, чем свечи. Поворот направо. В воздухе витает запах перегара, у кого-то ночь началась раньше. Он будет растягивать удовольствие. Вдруг эта прогулка — последний шанс оторваться. Отец Клаус стал чаще говорить о Семинарии и о какой-то Академии. Но это потом. Решим проблемы позже. Сейчас надо отключиться от реальности.