— «Хорошо!» — хмыкнул горбун. — «Когда вернёмся, попрошу Зига, чтобы в следующий раз тебя отправлял мужиков соблазнять!» — его голос был настолько спокойным и ровным, что буквально выводил из себя.
— «Ха-ха!» — отреагировал молодой человек, докопавшись до досок, и отставил лопату в сторону. — «Очень смешно!»
Тем временем недалеко от бурной, быстро бегущей, хоть и не особо глубокой реки девушки обдумывали, как им забрать гребень у князя. Вариант прийти и попросить, что предложила Унса, был сразу же отвергнут царевной, объясняя, что князь не отдал гребень даже её матери, когда та потребовала подарок вернуть обратно. Но что же было делать? Перед ними, буквально метров триста впереди, стоял городок, небольшой, но хорошо защищенный со всех сторон крепостной стеной, на которой стояла стража. — «И что теперь? Подойдём и постучим в ворота?» — фыркнула Вирса, облокотившись спиной о растущую рядом берёзу. — «Скажем: «Здрасте! Мы от колдуна! Отдавайте гребень?»
Но тут недалеко в лесу раздался звук, похожий на визг убитого животного. Милолика пробежала вперёд, вглядевшись в лес. — «Возможно. Если я не ошибаюсь, конечно». — абсолютно неуверенно проговорила она. — «Я слышу коней и, возможно…» — вдалеке показались кони. Шла охота. Гончие гнали зайцев по полю, громко гавкая. — «Князь на охоте», — пробормотала она, и в тот момент в её голове появилась идея. — «Если я не вернусь к вечеру, уходите. Буду жива — вернусь сама». — Царевна сняла с себя платье, оставшись в одной нижней рубашке. После чего достала из потайного кармашка в складке юбки платья маленькую стеклянную баночку размером с монету, открыла её и, сняв пальцем небольшой слой порошка, смазала им губы.
— «Что это?» — удивлённо спросила Унса, не понимая действий царевны.
— «Сонный порошок», — ответила царевна. — «Если дело дойдет до крайних мер, я просто поцелую его, и он уснёт».
— «Ха! Хорошая вещь!» — с некой язвительностью в голосе проговорила Вирса, растянув на лице ухмылку, натянув уголок рта.
— «Моя матушка всегда говорила: не облизывай губы. Вот в жизни и пригодилось», — после царевна отдала платье и баночку девушкам и побежала в сторону, где шла охота. Вирса и Унса присели, спрятавшись в листве кустов.
— «Стойте! Помогите! Прошу вас!» — кричала Милолика, размахивая руками, стараясь привлечь к себе внимание.
— «Княже, там девка какая-то», — один из охотников заметил женщину и сообщил князю. И вот уже конница, состоящая из князя и двух его верных спутников, отсоединилась от охотничьей группы и направилась в сторону женщины. — «Прошу, помогите!» — словно умоляя, говорила Милолика, и когда князь подъехал ближе, упала на землю, тяжело дышала.
— «Что случилось с вами?» — спросил мужчина, спрыгнув с коня и приблизившись к женщине. Явно увлеченный её невероятной красоты наружностью и такой притягивающей слабостью.
Милолика смотрела на него, создавая измученный, усталый образ. Это был высокий, достаточно интересный уже немолодой мужчина. Коротко стриженные волосы с проседью и заросшее пятидневной щетиной лицо. Большие карие глаза. Его одежда выдавала в нем богатство и власть. Бордового цвета одежда и плащ с меховым воротом, сползающим на грудь, штаны из плотного шелка и блестящие, дочиста начищенные сапоги, что было весьма удивительным для человека, занимавшегося охотой.
— «Меня и моих подруг остановили разбойники. Они забрали все мои деньги и драгоценности. Мне удалось бежать, а вот подругам не повезло. Эти злодеи их убили». — И тут Милолика обвила мужчину руками, изображая истерический плач.
— «Ну! Ну! Прекратите плакать. Мы Вам поможем», — проговорил мужчина, приподнимая её, заставил подняться на ноги и, вглядываясь в её красивое, хоть и покрасневшее от слез лицо, улыбнулся слегка. — «Я помогу Вам, красавица!» — после чего Милолика улыбнулась и, обмякнув, повисла на его руках, очень правдоподобно изобразив обморок.
И вот тело погрузилось в мягкий шелк простыней, разговоры, стук дверей и тишина. — «Неужели я осталась одна?» — промелькнула мысль в голове у царевны, и она приоткрыла глаза, немного приподняла голову, оглядела помещение, полностью убедившись, что в комнате, кроме неё, никого нет, поднялась. — «Так, где же ты можешь хранить мамин подарок?!» — еле слышно произнесла она, после чего принялась рыться в сундучках на дальнем столе и в ящиках тумбочек и шкафов. — «Куда же ты мог его спрятать?» — хмыкнула Милолика и, опустившись на стул, стоящий возле письменного стола у стены с правой стороны от входной двери, наполняясь разочарованием, снова окинула взглядом комнату. Резные потолки этой небольшой комнаты, казалось, давили на голову, переходили изгибами в угловатые балки, украшающие стены. Большая кровать из темного дерева, которое наполнял резной узор. И вот, заметив возле кровати столик с небольшим зеркальцем, подошла ближе. На столе лежал красный небольшой платок, как-то аккуратно разложенный, что мысль о том, что под ним что-то лежит, напрашивалась сама собой. Царевна медленно протянула руку и, зацепив кончиками пальцев платок прямо в его центре, подняла и бросила на пол. — «Наконец-то я тебя нашла!» — На её лице засияла улыбка. Милолика, быстро перебирая пальцами, заплела волосы в косу и закрепила у основания косы гребень. Тонкие острые спицы словно иголки пронзили пряди волос. Но вот раздался мужской голос за дверью, и Милолика, резко развернувшись, обежала кровать, остановилась, погрузившись полностью в солнечный свет, идущий из окна.