— Где я? — вопрос был для поддержания разговора и так понятно, что в тюрьме.
— В королевской горнице, — снова засмеялась одна из суджиниц, вторая продолжила:
— Деточка, ты с нами, все позади.
— Ой ли? — скептически спросила я, — по-моему, подземелье — это не то о чем я мечтала.
— Мечты, ожидания, страсти…
— … вы люди так мелки…
— … в своих желаниях…
— … страдаете из-за ерунды…
— … а счастья своего не видите…
— … всю жизнь о нем мечтаете…
— … и проходите мимо…
Честно? Я устала вертеть и без того гудящей головой от одной женщины к другой.
— Не могли бы вы говорить по одной?
— А мы…
— … что…
— … делаем?
Снова по очереди удивились они, видимо, даже не осознавая, что делают что-то не так. Но я-то точно слышала, что и нормально они говорить умеют. Хорошо, хочется им глумиться — пускай, сил у меня было немного.
— Лорган, — позвала я эйра, отошедшего к противоположной стене, сразу, как стало понятно, что я пришла в себя. Он, вздрогнул, но не обернулся, — Лорган, подойди, пожалуйста.
— Сынок… — покачала головой одна из суджиниц.
— … подойди… — вторила ей слепая.
Эйр нехотя подошёл, а бабки разошлись по своим лавкам с постелями.
Я дотронулась до запястья эйра, тот раздул ноздри, но убирать руку не стал.
— Тебе нужна энергия, возьми, — я с любопытством рассматривала светло рыжие витиеватые узоры на его коже, заодно любуясь плавными линиями мышц, сильными руками и широкой грудью.
— С чего ты это взяла? — прибила бы его за надменность. Это что же я его ещё и уговаривать должна?
— С того, болван, что я снова начинаю гореть, — чуть повысила я голос, а суджиницы перестали шушукаться и уставились на нас, — я не хочу снова свалиться в лихорадке, забирай, кому говорят!
Я ощущала, что его трясёт дрожь слабости, что его кожа ледяная, что он держится на упрямстве, но гордость его была сильна.
— Ты права, кошка, я нуждаюсь в энергии, — наконец, сдался он. — только твоя мне не нужна.
— Почему? — искренне изумилась я такой нерациональной разборчивости.
— Мне не нужна айка, могущая предать меня в любой момент, — эйр злился, явственно и ощутимо.
— Я не айка, я Пернима! — снова повысила я тон.
— Не ругайтесь, милые, — подала голос слепая суджиница.
— У вас будет для этого время…
— … не теряйте его сейчас, — подхватили ее сотоварки.
— Что вы имеете в виду? — я отпустила руку эйра, но тот не спешил отходить.
— Освободите королеву с принцем…
— … он будет великим королём…
— … он возвысит Тёмный Мир..
Мое молчание было красноречивее слов. Я вообще ничего не понимала.
— Бабушки, вы наверное в тюрьме давно, — ласково начала я, — у вас с головой все в порядке? Зачем мне куда-то идти, кого-то освобождать?
— Деточка, не хами старшим…
— … ты же хочешь найти свою семью?
— А королева тебе поможет…
— … Оайкав, — это имя одноглазая суджиница почти выплюнула.
— … он скоро сгинет…
— … королева поможет…
— А ему-то со мной зачем? — я описала рукой дугу в сторону эйра.
Суджиницы с томлением вздохнули:
— Ему и незачем…
— … только вот тебя он не оставит…
— … хоть и не признается никогда…
— Перестаньте болтать чепуху, — наконец заговорил и с ними эйр, предпочитавший делать вид, что в камере сидит он один, — мы все равно не сможем выбраться отсюда.
— Глупый эйр…
— … забыл, что ли, что по деду ты ещё и с каменными связан?
— Поговори с камнем и он ответит…
— У меня не хватит сил, — поджал губы эйр, уже зная, что будет, но все ещё сопротивляясь этому.
Суджиницы лишь рассмеялись.
Лорган взял меня за руку и посмотрел в глаза, на удивление спокойным и беспристрастным взглядом:
— Ты готова?
— Да, — я взяла его вторую руку и закрыла глаза. Вскоре моих губ коснулись чужие и процесс передачи энергии начался. Похоже мы немного увлеклись, когда я услышала будто со стороны свой стон, и обнаружила рубашку спущенную с одного плеча и подленько хихикающих суджиниц.
Эйр, на глазах порозовевший и воспрявший, смотрел на меня слегка замутнённым взглядом и спросил, обняв:
— Похоже, наместник не совсем в курсе, что айки это не только наложницы для утех. Ты что-то хочешь отсюда забрать?
— Одежду не мешало бы, да и сумку мою тоже…
— Подожди, Нима, я сейчас.
Эйр резко отошёл от меня в сторону кованной двери, оставив меня осознавать, что я услышала из его уст своё имя. Чтобы это значило?
А эйр громко звал охранника, а после что-то ему втолковывал.
— Сейчас все будет, а я пока с камнем поговорю, насколько я помню эта стена выходит за пределы охраняемой территории.
Лорган молча застыл, а я пока решила поподробнее пообщаться с суджиницами.
— Бабушки, вы-то за что здесь?
Зрячая поджала губы:
— За правду, деточка.
— Оайкав нас собой возит…
— … хочет, чтобы мы ему победу наплели…
— А как ее наплетешь, коли она не суждена?
— А почему вы все в одной камере?
— Так нет здесь других..
— Перевертыши законопослушны…
— … и любят Королеву…
— Где мне ее искать?
— В её родовом поместье…
— … на севере…
— … в медвежьих лесах…
— Скажи, что мы с нею…
— … скажи, что принц готов.
Раздался сильный стук в дверь, заставивший меня подскочить, а эйр спокойно подошёл и принял через окно мою одежду, обувь и сумку.
— Как ты смог? — похоже я многое не знала об его способностях.
— Банальное внушение, ничего сложного, только энергозатратно.
— А почему ты не внушишь ему, чтобы он нас выпустил?
— Нет смысла, там много охранников, и воинов, убивать я не хочу, а подчинить всех не смогу. Гораздо тише и безопаснее бежать сквозь стену.
Я быстро переоделась, с наслаждением зашнуровав кожаные ботинки и натянув штаны с рубашкой, отдала рубашку эйра ему. Тот, помедлив, оделся. Видимо, одежда с презренной кошки не так уж и плоха, когда ты голый.
— А ты уже связана с ним…
Захихикала одноглазая.
— … держись эйра…
— … с ним не пропадешь.
Лорган не обращал внимание на бормотание старух, он сосредоточено обнимался с каменной кладкой и я уже забеспокоилась, кабы он не простудился, когда он, наконец, резко рванул руками и камни послушно и тихо растеклись лужицей возле его ног, образуя в стене проем, достаточный, чтобы пролезть нам всем.
— Вы с нами? — обратилась я к суджиницам, не отрывая взгляд от кусочка ночного неба и пытаясь надышаться ворвавшимся свежим воздухом. Те синхронно покачали головой:
— Нет, деточки, дороги у нас разные, — ответила за всех одноглазая, — идите с Тёмным.
Я осторожно вылезла наружу, подставив под ногу невесть как оказавшийся здесь табурет, догоняя нетерпеливо ожидающего меня эйра. Он стоял возле глухого забора, в тени, застыв как статуя. Когда я обернулась, чтобы взглядом попрощаться с оставшимися женщинами, я не обнаружила их в камере. Неровно горел светильник, чадя и треща, освещая всю небольшую площадь, но там никого не было!
Молча подошла к Лоргану, тот повёл вперёд уверенно и быстро. Мне оставалось лишь не отставать от него. Улицы были пустынны, пару раз попадались праздношатающиеся прохожие, тогда мы затаивались в тени и оставшись незамеченными, продолжали движение. Городская стена была достигнута быстро. Мы вышли где-то в стороне от ворот и стражники нас не чуяли. К тому же я подстраховалась и накинула на нас заклинание безветрия, позволяющее запаху оставаться с нами, не выдавая наше месторасположение, несмотря на лёгкий ветер.
— Я открою проход совсем ненадолго, успевай, кошка, — тихо сказал мне эйр и снова прижался ладонями и лбом к кладке стены. Городская стена это вам не тонкие кирпичи зданий, это едва обтесанные обученными гномами булыжники дикого камня, выложенные в два, а то и в три ряда. Тараном не возьмёшь, не перепрыгнешь, горючая смесь бессильно стечёт вниз, нападающие могут лишь перелететь стену, либо сделать подкоп. Либо иметь предателя в городе, как это бывало в Светлом мире, когда спящий город вырезали враги, получившие доступ, благодаря гостеприимно открытым купленным горожанином воротам.