— Там мои друзья, там солнце не выжигает душу, а эйров не существует, нет тролей, нет гномов, только люди со слабым обонянием и желанием идти вперёд, не цепляясь за традиции, — продолжила я.
— Интересно, — протянул Реом, — каково это быть человеком?
— Зачем это тебе, повелитель кошек?
— Они свободны, не подвластны Зову.
— Иногда люди сами себя загоняют в рамки, при том, что для этого нет никаких причин, — мне разонравилась наша беседа, — пойдём, я ещё не дочитала Хроники клана. Опять же дату свадьбы мы не определили.
— Да, кстати, насчёт свадьбы, — замялся кот, — я хотел тебе написать, но раз уж приехал скажу лично — королева захотела видеть нас у себя в столице, вероятнее всего, чтобы дать нам своё благословение.
— Вероятнее? Ты не знаешь причину?
— Это королева, ее планы мы редко знаем.
— А столицу уже отбили?
— Мы воспользовались отсутствием Наместника, он был на восточных границах, и просто заняли город, пришлось, правда, потрудиться, чтобы восстановить былой порядок, но оно того стоило.
— Как мило, — мысли все же крутились около совершенно другого мужчины. Жив ли он, помнит ли он меня, нужна ли ему "подзарядка"?
— Я надеялся на больший энтузиазм, — несколько вымученно улыбнулся Реом, пытаясь пошутить, — не каждый день мы приглашены ко двору.
— Прости, с утра болит голова, — я прикоснулась пальцами к виску.
— Я уже наслышан о твоей головной боли, и прошу тебя впредь не отпускаться так низко, чтобы пить со стражниками!
Ух, ты, лэрд прорвался!
— Мы все ещё не женаты, — легонько намекнула ему я. Конечно, мой порыв был несколько… неблагоразумный, но он помог мне быстро прийти в себя и не убить никого по дороге от злости.
— В любом случае, моя невеста не должна вести себя подобным образом, — бушевал Реом.
— Твоя невеста, — чуть повысила я голос, — в первую очередь должна была быть представлена твоим подданным, чтобы мне не пришлось проводить два дня в тюрьме, ожидая, когда мою личность подтвердит лэрд.
Реом сдулся:
— Я виноват, так торопился побыстрее покончить с войной, что забыл о светской жизни.
Он притянул меня к себе и поцеловал в макушку:
— Перед свадьбой дадим парочку званых обедов.
Противиться такой мягкости я не могла:
— Когда едем в столицу?
— Послезавтра, у меня есть несколько неотложных дел, да и у тебя будет время собраться.
Глава 22
Я грустно смотрела на две дорожные сумки светло коричневого цвета, пухлый кофр и накидку. Реом хотел, чтобы я путешествовала при всём параде, но две нижние юбки, тесное камю, камиза, чулки и блузка меня не прельщали, потому я настояла надеть лишь лёгкое дорожное платье из немаркой ткани скучно серого цвета. Раннее утро едва посеребрило мою комнату светом солнца из-под туч, но я уже давно была на ногах. В столицу планировалось прибыть завтра к утру, потому я попросила повара приготовить нам закусок в дорогу, чтобы не отвлекаться на еду. Мне так сильно хотелось осесть где-то и назвать это место своим домом, что любое путешествие, даже для моей пользы, я воспринимала с трудом.
Дорога проходила рядом с линией обороны королевы, но я ничего, кроме странных вспышек на горизонте ночью, не видела и не слышала. Жители в деревне, где мы остановились дать отдых лошадям, были приветливы, но немногословны. Насколько я поняла, они ещё сами не определились кому желают победы.
— Конечно, королева наша мать, — гудел огромный перевертыш местный кузнец, — но Наместник подати уменьшил, десятину отменил и обещал школы для детей построить. А королева слишком была занята скорбью по мужу.
— Помолчи, Хват, много ты понимаешь, если бы король не умер, никогда бы Наместник не стал бы управлять нашей страной, — заспорил его сосед по столу, — он только на словах горазд, а сборщики приедут и придётся за все года заплатить в казну. Вот увидишь, Оайкав не так добр, как хочет казаться.
Я старалась не слушать разговоры посетителей таверны, но поневоле их громкие голоса доносились до меня.
Так что я уже была наслышана о настроениях в народе, и можно понять, что они были самые разные. Обычный люд так и не мог определится, за кого им воевать.
Мне было удивительно все, и то, что вместо штанов местные жители носили широкие шорты до колен, больше похожие на женские юбки, а рубашка имела врезной пояс, завязывавшийся на спине. И то, что в тушенных овощах, которые я взяла, я смогла определить лишь лук и картофель, остальные ингредиенты были мне незнакомы, но от этого не менее вкусные. И то, что в этой таверне не носились мальчики, разносящие заказы, а сами посетители шли к огромному столу и накладывали в тарелки столько еды, сколько им требовалось. Хозяин лишь изредка проверял наличие блюд в зале.
— Реом, а почему владелец не боится, что мы поедим и не оставим плату?
— Как же это? — удивился жених, — Тёмный не простит подобного. Каждое деяние должно быть оплачено. Деньгами или благодарностью, не имеет значения, но оплата должна быть.
Он оставил несколько серебряных монет за ужин нашего отряда, покрывающее с лихвой все съеденное нами и мы, тепло распрощавшись с хозяином, двинулись в путь дальше.
О том, что фронт близок напоминали лишь яркие вспышки далеких заклинаний и иногда колебания магического фона. Впрочем, кроме меня никто этого не чувствовал. А теперь, зная, что у перевертышей почти нет магов, можно было с уверенностью сказать, что все заклинания— дело рука наместника.
Столица выросла будто из-под земли, несколько холмов, усеянные домиками, домами, кварталами и отдельно стоящий дворцовый комплекс. Городская стена была не в лучшем состоянии, между двумя вышками зияла нехилая дыра, куда спокойно мог пройти всадник на лошади и не пригнуться.
Но мы отправились к воротам, будто и не было этих повреждений.
Караульные смотрели на нас недовольно, так же как на десяток ещё таких же путешественников. Краем глаза я наблюдала, что особо ушлые все же пытались пройти в упомянутую дыру, но были остановлены, вынырнувшими из-под земли людьми в гражданской одежде. Вот значит как, либо неравнодушные горожане, либо секретная служба Королевы. Что ж, хорошо, что мы пошли более официальным путём, хотя нашу группу не заметить было нелегко.
В городе наш уже довольно уставший отряд направился к центру, где над остальными домами высились башни дворца. Стена была просто бесконечной, будто мы пытались найти въезд в городе в городе.
— Лэрд серых кошек по приглашению ее величества, — несколько надменно произнёс Реом, охранявшему кованные металлические ворота воинам. Те мгновенно подобрались, с резвостью белки метнулись и открыли гудящие от собственного веса, ворота.
Шорох песка на дороге, скрип кожаных доспехов, фырканье лошадей — те немногие звуки, что сопровождали нас до самого дворца, где мажордом, довольно экспрессивно реагируя, пытался выяснить у горничных, какие апартаменты готовы к приёму гостей.
— О, Тёмный видит, я стараюсь как могу, — заламывал он руки, — что поделать, что после осады, слуги посбегали по домам? И средств не хватает, даже купить воска для полироли! Прошу вас, лэрд и госпожа, ваших воинов я размещу в доме для солдат. Там им будет интереснее.
— Где сейчас принц? — Реом шёл быстро, будто куда-то спеша. Я за ним едва поспевала.
— Его высочество в военном лагере, я думал, вы знаете… — растерялся мажордом.
— Я не всеведущ, а где сейчас королева? — кот раздраженно дёрнул щекой.
— Она приказала не беспокоить ее, последнее время у ее высочества участились приступы болезни.
— Болезни? — я рискнула подать голос, мажордом взглянул на меня, но не ответил, вместо него это сделал мой жених:
— Давняя история, местные лекари оказались бессильны. Может и поэтому она сдала страну без боя. Когда знаешь, что умрешь раньше, чем увидишь внуков, переоцениваешь приоритеты и принципы. Ей было все равно, что случиться с ее народом, особенно после смерти мужа, королева впала в тяжёлую хандру и чтобы она не говорила, именно это причина того, что наместник взлетел так высоко. Сейчас одна надежда на подросшего принца.