То есть, на редкость хреново.
Глава 8 Старые шрамы....
Триумфальное возвращение «богомерзкого ведьмака», чумазого и исцарапанного, в своей и чужой крови, зато с обгоревшим черепом монстра было главной темой дня.
Эндимион уже устал повторять в «Росинке», что не пьет, и не надо ему наливать заздравных. И песен не надо, и вообще ничего, кроме часика покоя – не надо…
Уразумев, наконец, что слова до народа не доходят, он демонстративно поднялся к себе, прихватив и череп, к разочарованию посетителей не дав им всласть разглядывать их фирменное чудовище и смаковать его кончину. Как только за некромантом закрылась дверь, в зале «Росинки» наступила противоестественная тишина: ни у кого не было желания мешать парню отдыхать. А стоило кому-то ненароком скрипнуть табуретом, как товарищи хором на него шипели. Кончилось тем, что через полчаса у Эндимиона сдали нервы от этой неестественной тишины, и он спустился проверить, а есть ли кто живой… Выяснив для себя обстановку и снова запершись, студент вернулся к прерванному занятию, а именно – изучению черепа.
Он пролистал все конспекты, но, как ни старался, так и не нашел, что же это за тварь такая.
Убедившись в своей научной несостоятельности, вздохнул, и принялся чертить на полу пентаграмму «хлопа». Одноразовая и односторонняя связь с кем-нибудь из коллег была удобна только в одном случае: когда оный коллега знал, что с ним будут связываться. В противном случае рисунок мог возникнуть из ниоткуда в самый неподходящий момент: во время званого ужина, свидания с девушкой, посиделок в ванной… А из магического многоугольника бодрый голос начинает плодотворное общение… Короче говоря, штука на любителя.
Именно таким любителем и был Эндимион – просто по той причине, что не был профессионалом в области связи.
Пентаграмма засветилась и налилась сочной бирюзой. Убедившись, что все правильно, некромант хлопнул в ладоши, обозначив начало контакта. В комнату немедленно ворвались посторонние звуки: на том «конце» кто-то увлеченно скрипел пером по бумаге и грыз сочное яблоко.
-Здравствуй, Джедайт – громко и внятно произнес парень.
-А, чтоб тебя! – был ему ответ, после чего послышалось недовольное бормотание, и шуршание – Я из-за тебя кляксу посадил!
-Ты что, не видел, что у тебя под ногами светится? – опешил Эндимион
-Вот еще, буду я всякую галиматью разглядывать, у меня тут работа кипит…
-Смотри, чтобы не выкипела… Джед, я тебе сейчас кое-что расскажу, а потом кое-что нарисую и отправлю, а ты мне скажешь, что это такое, а?
-Ты что, оборотниху свою поймал за работой? – пошутили с той стороны, но некроманту было не до шуток. Особенно – шуток про оборотней.
-Давай свою диковинку – разрешил Джедайт, судя по звукам, скатывая свиток – чтобы не было соблазна опять в него уплыть.
Его собеседник вздохнул, и принялся за рассказ.
***
Серенити вернулась к заказчиковому дому с единой целью: сообщить, что монстр упокоен и всё пучком. Гонорар брать отказалась: завтра под вечер за ним нагрянет главный герой баллады, ему и отдавайте. Обычно гонорар делился пополам, но в этой истории девушка не чувствовала себя причастной к счастливому избавлению Вражека от нечисти.
Этот подвиг целиком и полностью был на совести напарника, вот пусть он и расхлебывает…
От общества Сейи она вежливо отказалась, сообщила, что ей требуется уединенное место для медитаций и размышлений о сакральном, лишенное чьего бы то ни было присутствия. Таковым на все поселение можно было считать разве что кладбище, но Серенити не привередничала.
В любом случае, считала она, в её словах не было лжи: что для молодой девицы может быть сакральнее, чем размышления о мужчинах?.
То, что уже начинало темнеть, ее ничуть не смущало. Чего опасаться-то? Гуляки, после «спектакля» в первый же вечер больше не сунутся. А и сунутся – так узнают, почем фунт боевых пульсаров в базарный день!. Ровные ряды плит наводили на мысли смиренные и заполненные образами праведной жизни. Например, пойти и причесаться, а то на голове не оданги с хвостиками, а куст омелы… И, разумеется, покоя не давал Эндимион.
Что ему стукнуло в голову, какая нежить укусила, Серенити с одной стороны очень хотела знать. А с другой – не хотела вовсе. Их с некромантом отношениям завидовали многие. Всегда есть нечто завлекательное в отношениях людей, не поддающихся привычной классификации. А они ведь даже жили в одной комнате, вопреки правилам – исключение, сделанное для оборотня. Этот факт повергал поток в повальное желание овладеть заклинаниями подслушивания, подглядывания, и чуть ли не поднюхивания.