Устроившись там, принялся пучком загодя выдранной травы стряхивать с высоких сапог могильную землю. Он уже однажды пренебрег этим правилом, и жестоко за это поплатился двухнедельным спадом силы, и неспособностью даже свечу зажечь, не говоря уже о работе. Зато, болтают, на кладбище, откуда была земля, было чертовски весело… У Серенити таких проблем не было. Она ловко вспрыгнула на свою Морковку, и поехала вперед, выискивая взглядом полянку поуютнее. Коротать время под кладбищенской оградой не хотелось – примерно по той же причине, по которой рядовым гражданам не хочется иметь под боком постоянное напоминание о своих трудовых обязанностях.
Неплохая полянка обнаружилась в получасе езды. Далековато, зато есть ручей. Слышно, наверно, аж от дороги. Да и тропинка есть – значит, сюда путники часто ходят за живительной влагой… Солнце уже активно карабкалось по небосклону, припекая спину, а отправившийся «мышковать» некромант все не спешил возвращаться.
Серенити активно надеялась, что он по дороге не зарулил в место своей ночной поколдушки, и не торчит там, увлеченный новой, несомненно, гениальной идеей… Яма для костра, выкопанная все той же «саперной» лопатой, располагалась почти в центре полянки. Приготовив для грядущего изготовления из несъедобной птицы съедобного завтрака все необходимое, девушка устроилась на одном из спальников. Вытянувшись, и заложив за голову руки, задумчиво глядела в небо. Она предвидела очередные препирательства с напарником на вечную тему «ну поешь же ты нормально!». Сколько уже говорили… А уж если он принесет не птицу, а зверя… Не хочется о таком и думать. Ладно, в крайнем случае, можно обойтись и сухарями, и, кажется, у нее где-то на дне мешка завалялась даже парочка сухофруктов....
Она уже почти задремала, когда внезапно что-то привлекло ее внимание.
Серенити села, чутко вслушиваясь в лес. Ручей не мешал – наоборот, на фоне постоянного несмолкаемого шороха воды выделялись резкие вспышки и затухания звука. Левее… Еще левее… И ниже…
-Наверное, в тех кустах ужасно неудобно – ляпнула первое, что пришло ей в голову, девушка, глядя в упор на пышно разросшийся боярышник.
Растение, увы, не устыдилось, и не подало признаков немедленного раскаянья. Зато из-за него медленно поднялся прятавшийся там человек.
"Это если, конечно, человек" – поправила себя мгновенно Усаги.
Он был сравнительно молод – постарше ее напарника, но помладше преподавателя кафедры канальной магии, профессора по научной степени и Повелителя Тьмы по призванию. Столько пафоса, сколько он вкладывал в самые свои обычные речи не всегда и в театре услышать можно. Серенити, конечно, все понимала – канальная магия это дело тонкое, заклинания нужно читать с выражением, так что, видимо, пафос у Соичи Томо это профессиональное заболевание. Зато, так же как и профессор Томо – белобрыс. Эти белесые лохмы придавали парню вид диковатый и одновременно безобидный.
-Нормально в тех кустах.– хрипловатым голосом осведомил девушку незнакомец, не проявляя пока склонности незамедлительно нанести урон ее жизни, здоровью, чести или кошельку.
-Тогда зачем подкрадывался?– девушка привстала на одном колене, машинально выискивая рядом ложе арбалета.
Увы, сие полезное изобретение человеческого (сомнительно, но все же) гения было сломано еще в самом начале их скорбного пути. Пало в неравном бою с голодным жвальником, или, по версии Эндимиона, с женской логикой. Парень почему-то считал, что в сложившейся ситуации надо было стрелять голодной твари промеж глаз, а не бить наотмашь туда же – пусть результат и был одинаковым. Арбалет, техника тонкая, не пережил встречи с жвальником, и до ближайшего города путники везли его бренные останки, в надежде на толкового оружейника, который сделает скидку бедным студентам. Или, по крайней мере, даст возможность расплатиться натурой: некромант в хозяйстве пригодится, уже и хотя бы для того, чтобы все гордо приволоченные хозяйской кошкой мыши вставали с подушки и уходили сами – до того, как их успевает обнаружить проснувшийся хозяин.
-Я тут вчера наконечник виретона потерял...– неубедительно соврал белобрысый тип, так и зыркая, куда бы быстренько слинять.
И откуда потом так же быстренько напасть.
Серенити он сразу не понравился, напомнив кота – того самого, нашкодившего, слопавшего сметану, и уже почуявшего хвостом летящую в наглую морду швабру. Наверно, парень это и сам понял – он сделал шаг в сторону Серенити, с какими-то совершенно кошмарными намерениями, и она быстро вскочила на ноги. Все ж таки, рефлексы оборотня даже спанье на лекциях не притупляет...А даже и развивает, особенно в смысле прятанья шпаргалок на срезах…