Угрожает так, как будто в руке у него должно быть еще, что-то, ну там вроде палка или … клюка. Клюка? Точно клюка! - он вдруг понял, кого изобразил его друг этой старой пантомимой.
Мало того, он сам проделывал подобные действия, в далеком-далеком детстве. Сколько им тогда было 12 или 13 лет? Точно уже не вспомнить, но это точно была клюка. Клюка в руках старой монахини со сморщенным лицом которая медленно передвигалась по их улице.
Времена тогда были не простые, монахини ходили по домам и просили помочь людей в их выживании и выживании несчастных живущих при их храме людей. Сами не евшие досыта, простые люди давали что могли этим исхудалым еле передвигающим ноги женщинам, и таким образом и их подопечным.
Ну, а они с другом ЧанХо, тогда два малолетних идиота, не придумали ничего лучшего чем идти вот за такой сгорбившейся старой монахиней следом, изображая при этом её медленную шаркающую походку. И то, что она, увидев юных пародистов рассердилась и начала грозить им клюкой никак не испугала их, наоборот к их пантомиме ко всему прочему прибавилось ещё одно действо - потрясание воображаемой клюкой в адрес друг друга!
Добром тогда это для них не кончилось. Они так и не узнали кто рассказал об их «великом» актёрском мастерстве родителям, сама монахиня, или «добрые» соседи постарались, но для них, завершение их недолгой актерской карьеры было печальным и эффектным. Закончилось оно во дворе их дома, где они со своим другом лежали на разных скамейках, на животах с обнаженной ими…хмм пятой точкой, которые по очереди розгой обхаживал крепкой рукой его отец.
При чём, его друг лежал рядом по настоятельной просьбе его матери, отца у ЧанХо не было, тот нелепо погиб на стройке, когда другу было всего 5 лет.
И вот поэтому его суровый отец устроил публичное наказание двух актёров погорелого театра под молчаливое одобрение соседей и насмешливые взгляды соседских мальчишек и девчонок. Они тогда робко попросили, нет не отменить наказание, но хотя бы сделать его так сказать менее публичным, чтобы присутствовали только родственники и близкие, но никак не соседи.
На что отец тогда усмехнулся и сказал.
- Но, когда же вы шли за уважаемой монахиней, изображая при этом собой актёров, вы, наверное, думали о своей карьере как известных артистов? А выступление таких артистов без зрителей — это же провал для их таланта! Поэтому зрителями вас сегодня обеспечат … и не благодарите.
Ну, а потом было их совместное с другом представление, где главную роль сыграли они, отец и гибкие розги. Отец после представления сказал им, что зрителям оно понравилось, так что если они по-прежнему мечтают о актёрской карьере, то он им с радостью в этом поможет. Они тогда о таком не мечтали, не до того было, так как могли лежать только на животах. Кстати, после этой «театральной экзекуции» он ещё больше сдружился с ЧанХо.
Тогда неунывающий друг даже в шутку заявил, что они теперь точно братья, даже рыцари, рыцари «ордена одной розги!» Но на этом их воспитательной процесс не завершился, недели через три, два новоявленных брата нового ордена оказались перед воротами древнего монастыря.
Оказались там не с пустыми руками, а с небольшим узелком, в котором были огромные сокровища по тем временам. Несколько пресных лепешек и аккуратно сложенная и связанная тряпица с зелёным чаем. Несметные богатства того времени.
Потом с ними поговорила старенькая настоятельница храма и одна из сестер сопроводила их до скромной кельи объекта их недавних насмешек. Они долго извинялись перед ней, к счастью, та оказалась совсем незлопамятной, да и что тут взять с двух малолетних балбесов кроме ... пресных лепешек и вкусного редкого тогда чая … шутка.
В общем они поговорили с этой старой монахиней, оказавшейся мудрой и доброй женщиной, которая конечно же их простила. После этого, если они и встречали её у себя на улице, то низко и уважительно ей кланялись.
А что, хорошему человеку и поклониться не зазорно. Вспомнив эту давнюю историю, ветеран тепло улыбнулся. Какие все-таки были тогда простые и интересные дни беззаботного детства. Наличие тогда в достатке еды и крыша над головой, было уже большим счастьем, о чем большем еще можно мечтать? Не то что сейчас.
Нет, это не его старое брюзжание что раньше все было лучше, и солнце ярче и трава зеленее, еда вкуснее, люди добрее и интереснее, особенно монахини храма Пеннен!
……???!!! Храма Пеннен? Точно! Как же он мог забыть? Именно с этого храма и была монахиня, над которой они с другом так неудачно для себя пошутили. Именно в этот храм они с ним и приходили с извинениями. И именно в этом храме Пак ЮнМи провела тот период жизни, когда все её считали погибшей, а позже посчитали и дезертиром.