Угу, такую личную приязнь ко мне испытывает госпожа президент всея Кореи - что даже кушать не может, пока его не подпишет!
Не верю! – сказал бы Станиславский и тут я солидарен с этим уважаемым человеком. Значит что-то неладное в Датском королевстве, а точнее в Корейском государстве. И что тут изменилось? Единственное что изменилось, и что приходит сразу на ум, это конечно же вмешательство в мою жизнь со стороны мирового сообщества, точнее пока небольшой его части. Но это пока. Что-то подсказывает мне, что в воскресенье эта небольшая часть может несколько так подрасти, причем очень и очень даже существенно подрасти.
А думать, что в корейской власти сидят какие-то бестолочи очень даже неразумно. Особенно когда дело напрямую касается их теплых мест и кресел, а точнее должностей которые им эти кресла предоставляют то эти дамы и господа в быстроте мышления дадут фору всем.
Так что вполне возможно, что политическое чутье нашей главной кумихо в обличье президентши и ее подельника женского рода в лице особы сидящей сейчас в кресле НаБом, быстро просчитали чем им может грозить этот воскресный показ. Поэтому как там еще говорили в моем мире? Что-то вроде того, что правильно и вовремя написанный тонкий лист бумаги иногда защищает лучше, чем танковая броня.
Так что будет в фильме что-то страшное для них или не будет, пока не известно, но подстраховаться хороший и умный политик всегда постарается заранее. Если ничего такого и не будет с этим кино, так одна комедия на пару с фэнтэзи, то и этот лист с моим прошением можно бросить в дальний ящик стола и забыть о нем на время, или навсегда. А можно в этом случае и использовать его и по прямому назначению, к примеру, растопить им камин в холодную зимнюю ночь где-нибудь в хорошем загородном доме. Чем не выход из положения? И тепло и хорошо всем будет в доме. Ну кроме того кто будет в … казенном доме, но кого это сильно будет там интересовать.
А вот если фильм, а точнее реакция на него корейского и в первую очередь мирового сообщества будет убедительной, однозначной и явно неблагоприятной для властей Кореи, то тут можно будет сделать этакий финт ушами.
Ну, а точнее быстренько подписать мое прошение и предъявить его миру. Вот смотрите все, Агдан свою вину признала, и написала прошение о помиловании. Ну, а мы его конечно же его подписали, мы же не звери какие-то держать такую известную и талантливую личность в тюрьме. Так что езжайте все к проходной тюрьмы и сами скоро в этом убедитесь, а нам не мешайте, ну очень много у нас другой более важной работы.
Вот такие думаю не хитрые мыслишки в голове хитро сделанных корейских политиканов. Это прошение мне вдруг неожиданно напомнило о рапортах на увольнении, написанных сотрудниками полиции в моем мире. Сотрудниками, которые обвинялись в громких и тяжелых преступлениях вдруг чудесным образом оказывались уволенными по собственному желанию, и надо же какое совпадение, прямо накануне совершения этого самого преступления. Вот прямо так «слышу» размышления такого вот «доблестного» сотрудника правоохранительных органов.
«Сегодня я иду грабить банк с применением огнестрельного оружия, так нужно обязательно написать рапорт об увольнении и положить его в верхний ящик своего рабочего стола. Так что если что-то пойдет не так, то прошу, не считайте меня больше полицейским. В этом случае я гражданский и вольноопределяющийся».
Конечно сравнение не совсем корректно, но идею вы думаю уловили. К тому же что значит прошение о помиловании, написанное мной лично?
Это значит ни много ни мало, но вину я свою признаю полностью и в содеянном раскаиваюсь. Так или похоже будет звучать в текстовой части этого самого документа. Так что нет господа, утритесь! Никакого признания вины и прошений о помиловании с моей стороны не будет, не дождетесь.
И надо кстати предупредить чтобы его случайно не написала за меня моя мама, я вроде слышал, что и такой вариант возможен. Он вроде имеет место быть в случае если осужденный скажем так недееспособен, или ограниченно дееспособен, но вот ГуаньИнь этих корейских затейников от правосудия знает, что к ним в голову придет. Лучше и с той стороны нужно будет подстраховаться.
Пристально смотрю на замершую в ожидании моего ответа госпожу СунСиль. Внешне та старается выглядеть спокойной, но вот что-то подсказывает мне что это спокойствие даётся ей с большим трудом. Ладно, не будем томить в ожидании ответа такую важную госпожу.
- Спасибо, госпожа СунСиль, что позаботились обо мне. – начинаю я с ритуальной фразы всех благовоспитанных корейских девушек. - Спасибо вам и госпоже президенту за такое деятельное участие в моей судьбе. Благодарю что лично посетили, меня в этом не столь радостном месте и за то, что потратили на это свое драгоценное время.