— Ты их всех знаешь? — прошептала мне Джина. Я молча кивнула.
Анна снова рванула вперёд, так быстро, что я едва успевала уследить. Она врезалась в бок Хелен, разрывая плоть с чистой, яростной силой. Но стоило ей ранить Хелен, как раны тут же затягивались. Анна метнулась к шее Хелен, пытаясь обхватить её и сломать. Волк взбрыкнул, как необъезженный мустанг, и крутанул Анну в воздухе. Анна не разжимала хватку; её клыки обнажились, она впилась зубами в шею Хелен. С каждым укусом из раны хлестала кровь, но Анна продолжала рвать, быстро, не давая Хелен успеть регенерировать.
Я знала, каково это когда в тебя вонзаются эти зубы. Однажды они вцепились и в меня. А теперь Анна грызла дальше, сквозь шерсть, добираясь до кости.
Анна выпрямилась рядом с оседающей фигурой Хелен. Рана на шее стала шире: Анна запустила руки внутрь, не давая краям раны сомкнуться. Края всё ещё пытались затянуться, но середина оставалась открытой. Хелен выла от ярости, мотая головой из стороны в сторону, и где-то рядом ей ответил ещё один вой.
Йорген проталкивался сквозь кольцо медведей, снова и снова издавая этот низкий, отчаянный вой.
— Это теперь командный матч? Мне едва ли удастся и Мастера Грея сторожить, и в этой игре участвовать, — пробормотал Дрен, будто ни к кому не обращаясь.
— Довольно!
Анну, Хелен и Йоргена отбросило назад, словно их швырнула невидимая стена.
Голос Мясник звучал совсем не как раньше, в нём слышалось что-то древнее. Дикое.
Мясник наклонилась, схватила тень от ближайшего дерева, будто дёрнула за край ткани, и швырнула её в небо над нами, пробормотав:
— Единственная магия — моя.
Мы бы все оказались в полной темноте, если бы Мясник не начала источать зловещее сияние. Джина и Рэйчел поспешно отступили.
— Луны сейчас нет. Время отвечать за свои преступления. — Мясник указала на Хелен, и волчья форма соскользнула с неё, осыпавшись, словно шелуха, оставив её обнажённой. Форма Йоргена тоже изменилась: звериная сущность вытекла из него, обнажив обычного человека. — Но прежде чем мы пойдём дальше…
— Кто ты такая? — спросила Анна.
— Это тело довольно старое. Но оно мне хорошо подходит. — Мясник осмотрела свои мощные руки, будто видела их впервые. Она больше не выглядела как Мясник. Пространство, которое занимало её тело, перекрывалось светом, и этот свет имел чуть иную форму. Он был похож на полупрозрачную пелену силы, накинутую сверху, — словно Мясник превратилась в сияющего призрака из хэллоуинской страшилки. — Отвечая на твой вопрос, рабыня крови, я — аватар Консорциума. Это тело оказалось единственным достаточно крупным поблизости, в котором не было шерсти. — Мясник пошарила взглядом по земле.
Я и не думала спрашивать, что она ищет.
— Ты. Там. — Мясник носком перевернула камень. — Поднимись и объяснись.
Если бы кто-то другой заговорил с землёй, я бы сочла его окончательно безумным. Но у меня было подозрение, с кем именно мы сейчас пытаемся связаться.
Из основания дерева потянулись новые тени, густея, как масло, складываясь и перекручиваясь, пока не сформировали существо высотой по пояс.
— Ваша милость, достопочтенный доктор Свитен, — прогнусавило смолоподобное создание. Несмотря на аморфность Теней, казалось, что они униженно съёживаются.
— Не произноси моё имя так, будто ты меня знаешь, тёмные твари. — Фосфоресценция вокруг Мясник вспыхнула ярче.
— Никогда больше, доктор, никогда больше. Пожалуйста, сжальтесь над нами. — Тени истончились, оседая глубже в землю под напором этого сияния.
— Вы знаете, насколько ценна эта территория. Какое вообще могло быть оправдание, чтобы оставить свой пост?
— Санта Муэрте сбежала. Нам пришлось отправиться на её поиски.
Одна бровь Мясник приподнялась и светящаяся, и обычная.
— И нашли?
— Нет! — В этом единственном слове слился хор из сотни стенающих голосов. — Если она соберёт…
Аватар Мясник резко махнул сияющей рукой.
— Ваша глупость — не оправдание. Прервите поиски и разгребите ту кашу, которую заварили.
Я с облегчением заметила, что в этом мире нашлось хоть что-то, чего Тени по-настоящему боялись. А потом до меня дошло: если уж Тени трясутся от страха, мне и подавно стоило бы дрожать.