— Уберите телефон, сэр, — сказал полицейский, и угрюмый прохожий убрал свой мобильный телефон.
Приехала скорая помощь. Медики быстро вышли из машины — первый жестом указал отойти мне в сторону.
— Мадам, вам следует отойти…
— Мы медбрат и медсестра. Мы пытались остановить кровотечение, — сказал Чарльз, указывая на своё колено, всё ещё зажатое на бедре оборотня.
— Что случилось?
— Сбит грузовиком, — сказала я. — По-моему, травма головы и ног. — Диагноз века, медсестра Спенс.
Фельдшер потянулся назад в кабину скорой помощи, чтобы взять носилки с фиксатором и шейный бандаж. Пострадавший дышал еще более поверхностно. Смерть или действие препарата?
— Выглядит неважно, — сказал фельдшер, вставая возле шеи мужчины и прикладывая к ней корсет.
Я не могу не согласиться.
ГЛАВА 3
Я никак не могла избавиться от ощущения засохшей крови на руках. Снять перчатки? Но тогда станет ещё холоднее, а перчатки — биоопасные, куда их девать? Не бросать же тут, как это сделала бригада скорой: вокруг валялись обрывки бумаги и пластика, которые ветер от проезжающих машин гонял по земле, будто фантики.
Парамедики деловито хлопотали над оборотнем — аккуратно его выпрямляли, переворачивали, бережно укладывали на носилки, словно огромный кусок теста. Я стояла в стороне, стараясь держать окровавленные руки подальше от одежды, и молча наблюдала.
Как раз когда бригада захлопнула двери машины, подъехала вторая полицейская машина. У меня оставалось всего мгновение, чтобы шепнуть Чарльзу:
— Мы ведь не заразились, правда?
— Сегодня не полнолуние, — так же тихо ответил он. — Оборотни, которых мы лечили, подчинялись луне: в полнолуние застревали в звериной форме, а в новолуние становились обычными людьми, такими же смертными, как все.
— Вы двое это видели? — обратился к нам полицейский.
Чарльз кивнул, и офицер принялся задавать вопросы.
Я сомневалась, что наши показания как-то сильно помогут. Всё, что я запомнила — грузовик был чёрным. На номера я не посмотрела: в тот момент я только и могла, что смотреть, как человек падает и отскакивает от асфальта. Чарльз, похоже, тоже ничего не успел заметить — да и большинство очевидцев уже разбежались.
— Грузовик хоть притормозил? — спросил полицейский.
Я покачала головой:
— Всё произошло слишком быстро.
Может, водитель и правда не заметил столкновения — маловероятно, но возможно. Но вот что он не понял, что сбил человека — в это верится с трудом.
— Просто поехал дальше, — добавила я, снова недоумённо покачав головой.
Полицейский записал наши имена и усмехнулся:
— Везунчик. Обычно такие наезды с бегством не случаются прямо перед больницей. — Он убрал блокнот. — Моя жена — респираторный терапевт. На каком этаже вы работаете?
— В сестринском офисе7, — ответил Чарльз.
— В педиатрии, — почти одновременно сказала я — это была моя обычная ложь.
— Ну, если он выживет, может, что-то и прояснится, — подытожил офицер.
Мы с Чарльзом молча кивнули. Полицейский сел в машину и уехал.
— Было опасно с тем парнем и телефоном, — поежившись, сказала я. Теперь, когда я перестала суетиться, меня пробирал ледяной холод.
— Да, — отозвался Чарльз.
Мы смотрели, как рассасывается пробка после того, как увезли пострадавшего. Я невольно задумалась: а сколько бы простояла эта пробка, если бы люди вдруг увидели оборотня?
— Что было бы, если бы нас здесь не оказалось? — спросила я.
— Не знаю, — пожал плечами Чарльз. — Тени, наверное, всё уладили бы. Они всегда в итоге всё улаживают.
— Даже с полицией?
— Со всеми: с полицией, терапевтами, с кем угодно.
Я хмыкнула. Тени… Эти тёмные, похожие на амёб существа, живущие под Окружной больницей и постящиеся болью и страданием, которые там копились. Взамен они «защищали» наш этаж, поэтому о Y4 знали только те, кто там работал. Тени запутывали сознание всех остальных: вполне возможно, мы раньше встречали жену этого полицейского, но она всё равно не смогла бы нас вспомнить — даже если бы от этого зависела её жизнь.
— Ты точно уверен, что мы не заразились? — снова спросила я. Правила я знала, но мне хотелось услышать это от него.
— Абсолютно, — твёрдо ответил Чарльз. — Кровь оборотня заразна только в полнолуние. Но если хочешь, можешь сделать прививки — это не помешает.
— А ты?
Чарльз опустил взгляд на свои перепачканные руки:
— Зависит от того, как быстро я всё это смою.
***