— Защищать от… самих себя? Это действительно так работает?
— Должно работать. Ты хоть знаешь, как давно на свете не появлялось ночной? — спросила она, использовав слово из языка своего родного народа для обозначения того, кем она являлась — живым вампиром. — Так вот, с тех пор, как кто-либо в последний раз просил об Убежище, прошло еще больше времени.
— Больше времени… или вы просто считаете только те случаи, когда всё заканчивалось успешно?
На том конце провода раздался короткий смешок.
— Просто сделай это, Эди. Меня рядом нет, Дрен не сможет присматривать за тобой днем, а Сайк не переживет схватку с оборотнем так близко к полнолунию. Вообще-то, для вампира просить оборотней о помощи считается слишком унизительным, поэтому никто так не поступает. Но в этом и проявляется моя человечность — я слишком сильно эмоционально завязана на твоем выживании, чтобы беспокоится о собственной гордости.
— Я никак не могу решить, утешает меня это или нет
— Я не могу заставить тебя, это совет для твоей безопасности.
На заднем плане послышался хлюпающий звук, будто где-то сливали воду из резервуара.
— Где ты вообще? — спросила я её.
— В склепе. Последние три ночи я провела в подвешенном состоянии, без капли крови. Первое испытание — это всегда голод. — Она глубоко вздохнула и выдохнула.
— Мне нужно поспать, Эди. Наступает рассвет, а завтрашний день обещает быть таким же долгим, как и сегодняшний.
И что полагается отвечать вампиру-подростку, с которым ты связана одной судьбой? Я лишь неопределенно пожала плечами, глядя на стену коридора Ашера:
— Удачи, Анна.
— Надеюсь, она мне не понадобится.
В трубке раздались короткие гудки.
***
Я снова заставила себя подняться на ноги, размяла затекшую спину и спустилась на первый этаж. Не найдя Ашера, я решила устроить себе небольшую экскурсию.
Было довольно странно находиться в его доме без него самого. Во-первых, я подсознательно ждала, что он вот-вот выскочит из-за угла и поймает меня на шпионаже, а во-вторых, без хозяина это место казалось таким же стерильным, как и ванная комната прошлой ночью. Если не считать библиотеки внизу, его спальня выглядела предельно скромно: огромный шкаф, под завязку забитый одеждой — в основном дорогой и стильной, хотя там обнаружилось несколько странных костюмных вещей и парочка очередных трагических свитеров с дурацкой праздничной тематикой, — но на стенах не было ни единой фотографии. Его ванная комната тоже не блистала оригинальностью: сплошной белый кафель, дерево и хром. Я заглянула даже в его аптечку, но там обнаружились лишь запасные тюбики зубной пасты, а вовсе не флаконы Ативана без этикеток. Пока я бродила из комнаты в комнату, меня не покидало ощущение, что я нахожусь на дне открытых дверей в доме, полностью подготовленном к продаже. В такой интерьер любому человеку было бы очень легко вписать самого себя. Точно так же, как прошлой ночью я пыталась попасть в Ашера с помощью искусственного дыхания «рот в рот».
Там была одна запертая дверь, но мне уже стало немного стыдно за то, что я без спроса перерыла все остальные его вещи, так что это меня не особо задело.
Я прихватила из шкафа футболку Ашера (искренне надеясь, что она лишняя) и пошла расталкивать Джину. Помогла ей раздеться и запихнула в душ. Ей это было жизненно необходимо. На кухне я обнаружила поднос с бейглами, наполовину пустую баночку сливочного сыра и записку «Угощайтесь», написанную аккуратным печатным почерком. Свежесваренный кофейник, всё еще хранивший тепло, был единственным доказательством того, что Ашер вообще здесь появлялся.
Я дожевывала уже второй бейгл, когда Джина наконец сползла по лестнице.
— Боже, мне так стыдно.
Футболка Ашера свисала на ней едва ли не до самых колен.
— Да брось ты. С каждым такое бывало.
— Знаю. Просто я не должна быть таким человеком. Я не для этого в ветеринарную академию поступала.
Я пододвинула к ней поднос с бейглами, но она лишь скорбно помотала головой — лицо у неё до сих пор отливало легкой зеленцой.
— Я просто рада, что ты набрала именно меня.
— Я вовсе не хотела портить тебе свидание, — тихо выговорила она, а я уставилась на неё совершенно пустым взглядом. — Ну, с тем парнем, который здесь живет. Это ведь его дом, да?
Я хмыкнула:
— Единственный человек, с которым я спала прошлой ночью — это ты. У меня на заднице до сих пор отпечатки кафеля горят, могу доказать.
Она обогнула стол и налила себе стакан воды.
— Слушай, если ты с ним не встречаешься… может, дашь его номер телефона?