Я положила бланк и запечатанный образец в пневмопочту, набрала код лаборатории и проводила взглядом капсулу, которая дёрнулась и исчезла в трубе.
***
Потом я прошла через вестибюль прямо к своей машине. Когда одновременно со мной с парковки выехал ещё один автомобиль, я поняла: за мной по-прежнему следят. И эта машина ехала за мной до самого дома.
Я вошла в квартиру, снова на секунду поразилась новизне ковра и дивана, покормила Минни и пошла в спальню и обнаружила, что в моей кровати спит кто-то другой. Это была Сайк: она лежала под меховой накидкой или, может, это было меховое пальто. Из-под него выглядывали её босые ступни, а длинные рыжие волосы разметались почти по всей подушке.
— Сайк? — окликнула я из дверного проёма. Мне не хотелось подходить ближе и тем более трогать её, вдруг она проснётся и сорвётся на меня. — Сайк? — повторила чуть громче.
Она открыла глаза и глубоко вздохнула. Приподнявшись на локтях, сфокусировала взгляд на мне.
— Тебя не было полночи!
— Это называется работа. Тебе стоит как-нибудь попробовать.
Сайк села, потянулась и закуталась в свою накидку.
— Я и работаю. Ты даже не представляешь как. Планировать церемонию вознесения Сангвина — это как планировать свадьбу, только все гости могут тебя убить.
Я всё-таки вошла в комнату.
— Так чему обязана такой чести?
— Дом Грея. Кто тебе о них рассказал?
— Один перепуганный оборотень. — Я присела на край кровати рядом с ней, чтобы рассказать про историю Виктора, но постаралась держаться так, чтобы эта жуткая меховая штука в виде её пальто не касалась моей ноги. — Лет семь назад кто-то из Дома Грея наведался к отцу Виктора и разрушил ему всю жизнь.
— Звучит в их духе. И это делает всё для нас бесконечно сложнее.
— Кто они вообще такие?
— Гильдия вампиров, преследующая собственные цели, где бы и какие бы они ни были. В основном — наёмные убийцы.
— Они входят в состав Трона Роз?
— Нет. Они входят в состав каждого Трона — независимо от того, знает об этом Трон или нет. Лучший убийца тот, на кого ты меньше всего думаешь. Трон Роз постоянно с ними воюет.
— Правда? — Я-то думала, что если идёт какая-то война, мы бы об этом знали, раз уж Y4 занимается лечением раненых дневных вампиров. — Почему я раньше ни с кем из них не сталкивалась?
Сайк прищурилась.
— Потому что, когда их люди получают ранения, они дают им умереть. Точнее — добивают. Они не оставляют свидетелей. — Она фыркнула. — Во всяком случае, никого из «безгубых уродцев» они не держат при себе.
Внезапно идея оставить Гидеона на её попечение перестала казаться такой уж хорошей.
— С Гидеоном всё в порядке?
Она подтянула к себе пальто и просунула руки в рукава.
— Настолько, насколько это вообще возможно. Мы выяснили, кто его ранил. Дом Батори. Кучка неблагодарных, хотели выставить Анну в невыгодном свете. Я бы не удивилась, если бы Дом Грея подтолкнул их к этому, просто чтобы посмотреть, как Анна отреагирует. — Сайк оглядела мою спальню. — Твой нож всё ещё в безопасности? Он здесь?
Я уже хотела было ответить, но осеклась на полуслове.
Я не думала, что Сайк захочет меня убить, но… она рассмеялась.
— Смотри, как быстро учишься! Не говори. Что бы ты ни делала, продолжай. Держи его в безопасности.
— Почему этот нож для них важен?
— Он не важен. И ты не важна. Их цель — просто подставить Анну, не раскрывая своих карт. Как они уговорили оборотней им подыграть, я никогда не пойму. — Она сунула ноги в сброшенные туфли на каблуках. — Ещё две ночи. Церемония Вознесения Анны состоится, даже если мне придётся устроить её самой.
— Это пальто отвратительное. — На нём были участки, где не было меха, а оставшийся рос неровно, клочьями.
— Спасибо. Его сшил для меня один поклонник. — Она провела рукой по боку и на мгновение выставила бедро, будто демонстрируя наряд. — Я принесла его сюда, чтобы показать, на случай если твой парень решит заночевать. Возможно, когда-то оно принадлежало кому-то из его знакомых.
До меня вдруг дошло, и к горлу подкатила тошнота.
— Это мех оборотня?
— Главное — держать их живыми, пока снимаешь шкуру, чтобы шерсть не вернулась обратно вместе с трансформацией. И ещё, не носить такое в полнолуние. Такие вещи очень редки.