Об мою спину бьётся подушка. Я ее поднимаю и, не отрываясь от экрана ноутбука, устраиваю на коленях. Летта обиженно пыхтит. Сейчас мне нужно дождаться, когда она остынет; главный этап уже пройден — она выговорилась. А пока я внимательно вчитываюсь в текст своей работы, вылавливая ошибки. Всё-таки завтра уже срок сдачи реферата.
— Ну и что? Ты просто от него сбежала? — подает голос Летта, заканчивая дыхательную медитацию.
— Нет, я встретила его на парковке, когда уходила.
— И?
— Что «и»?
— И что ты ответила? Согласилась? Отказалась? Дала дёру с дикими визгами?
Я чувствую, что Летта снова начинает закипать, и с тяжелым вздохом поворачиваюсь к ней лицом. Боюсь, что в противном случае мне в спину может прилететь что-нибудь потяжелее подушки.
— Ничего. Я еще ничего не ответила.
— Ох, слава Богу! — восклицает Летта, вскакивая с кровати и открывая мой шкаф. — Ты не успела наделать глупостей. Значит так, объясняю тебе план: сейчас я выберу, что из твоей одежды может сойти для свидания, а завтра ты встретишь его в школе и наконец скажешь «да». А то я боялась, что ты уже испортила всё, что можно.
— Мое мнение вообще учитывается? — я удивленно наблюдаю за тем, как она выбрасывает на кровать футболки, юбки и платья, неудовлетворенно кривясь при виде очередной вешалки.
После этого вопроса она замирает и смотрит на меня.
— А ты против? Почему?! — вопрошает Летта, заламывая руки, в которых держит вязаный кардиган. — Я что-то пропустила — и у тебя появился бойфренд? Нет, у тебя его нет, как и в принципе парня, который тебе нравился бы. Тебе противен Билли Фицджеральд? В жизни не поверю! Или проблема только в том, что он перевертыш? Тогда не забудь рассказать Лиаму, что ты стала ксенофобкой.
Я сильно хлопаю в ладони, и Летта резко замолкает.
— Останови словесный понос, Виолетта, — строго говорю, поддаваясь ее раздраженному настроению. — Я не собираюсь идти у тебя на поводу. Эта ситуация никак тебя не касается. Тебе было бы приятно, если бы я так же влезала в твои отношения с Адамом?
— О, нет, мне хватает мамы, — Летта грустно хмурится и оставляет в покое мой шкаф, возвращаясь на участок кровати, не заваленный одеждой. — Просто я тебя не понимаю, сестренка. Его лицо хоть сейчас на обложку журнала, а фигура… Я, конечно, собственными глазами его не видела, но у всех перевертышей не тела, а чертовы анатомические пособия. А еще Фицджеральды — самая влиятельная семья в городе, у него денег хоть жопой жуй. И ладно бы, если бы он был высокомерным мудаком, но ведь нет же! Билли — милая обаятельная пусечка, разве что бабушек через дорогу каждый день не переводит. И именно поэтому я задаю вопрос, но ты — в какой раз? уже в третий? — ловко уходишь от ответа. Нечего сказать, да?
— С твоим умением отрабатывать возражения нужно идти в продажники, мигом разбогатеешь, — бурчу я, вставая из-за стола, и начинаю убирать одежду.
— Знаешь, почему сейчас ты растеряна? Потому что он — не спорь! — первый парень, который вообще обратил на тебя внимание и пригласил на свидание. Ты же просто не понимаешь, как на такое реагировать. Но именно поэтому здесь я. И ты можешь сколько угодно ворчать и говорить «Виолетта», — она зажимает нос и гримасничает, пародируя то, как я зову ее, — но я с тебя не слезу до тех пор, пока ты мне четко не ответишь: почему ты не идешь с ним на свидание?
Я тяжело вздыхаю и захлопываю шкаф.
— Потому что мы не знакомы. Сегодня мы впервые в жизни заговорили.
— Можно и на свидании познакомиться, в чем проблема?
— Да вы сговорились, что ли?! — вскрикиваю я, рывком оборачиваясь к ней. — Он сказал то же самое.
— Вот-вот, видишь, он тоже не дурак, — Летта самодовольно постукивает пальцем по виску. — Ты ему нравишься как девушка, нормально, что он не стал пытаться сначала внедриться во френдзону. Там, знаешь ли, и завязнуть можно. Да, это немного обидно, что парень может на тебя запасть не из-за доброго сердца или острого ума. Тут уж в первую очередь решают длинные ноги и красивая попка. Хотя в твоем случае скорее сладкий запах…
— Летта.
— О Боже, опять укоряющая интонация, — стонет она, вставая на ноги. — Да-да-да, ты пухленькая, а значит, непривлекательная, и Фицджеральд сто процентов не ловит на тебя стояк. Поэтому он позвал тебя на свидание, в штанах ведь ни единого движения.