Поэтому я отпускаю руку Билли и сажусь рядом, на достаточном расстоянии, чтобы не соприкасаться кожей.
- Он у тебя по струночке ходит. Мне и вправду начинать беспокоиться?
- Уильям.
- О нет, - притворно ужасается он. - Мне понравилось.
Я возмущенно шлепаю его по бедру, а он в ответ только смеется. Любой намек на негодование испаряется без следа, а ладонь будто прирастает к его ноге, и даже сквозь плотную ткань джинс я ощущаю жар его кожи.
Билли никак не комментирует мои прикосновения, хоть и бросает на меня короткий непонятный взгляд, продолжая улыбаться.
- Вожак, значит? - начинаю я, лишь бы прервать затянувшееся неловкое молчание. - Вот с чем были связаны те самые важные секретные дела?
- Ага.
- Но почему Лиам так удивился? Разве это не было очевидно?
- Нет, Лот, совершенно не очевидно, - внезапно раздается за моей спиной.
Я подскакиваю на месте, отдергивая руку словно ошпаренная, а между тем Лиам ставит огромную тарелку с попкорном на журнальный столик и запрыгивает на кресло, закидывая ноги на подлокотник.
- А знаешь почему? - продолжает он как ни в чем не бывало. - Потому что на ежегодном собрании вожаков обычно представляют наследников. Абсолютно все — даже Восточные — были уверены, что так и произойдет, ведь — констатирую факт — это безопасно, логично и правильно. А что на деле? Полное безумие.
- Но зато этого никто не ожидал, не так ли? - Билли иронично задает ответный вопрос.
Лиам замолкает на несколько секунд, а потом выставляет ладони, будто принимает поражение.
- Да, признаю, такого хода никто не мог предвидеть и завтра будет полыхать знатно. Но шок не будет длиться годами, тебе повезет, если затишье продлится хотя бы месяц. И то — Редгрейв не из тех, кто долго что-то оценивает.
- Он взбесится, - кивает Билли со злой ухмылкой.
- Тебя это радует? - уточняет Лиам. - Настолько в себе уверен?
- У нас равные шансы.
- Но это только одна из сотен причин быть осторожным.
Я второй раз за вечер хлопаю в ладони, чтобы они наконец обратили на меня внимание.
- Парни, я тоже здесь, - говорю, когда они оба поворачиваются ко мне. - И не понимаю, о чем идет речь.
- О дуэли.
- А она… - хмурюсь, взволнованно переводя взгляд на Билли.
Он качает головой.
- Нет. Пока еще нет.
- Но это же вопрос времени, - Лиам пожимает плечами. - Очевидно, что никто из Западных прямо сейчас не вступит в открытую конфронтацию, потому что это невыгодно, а Восточные побоятся переходить дорогу Редгрейву, который не будет церемониться. Право первой крови за ним.
- Какой точный анализ ситуации.
Мне не нравится то, как спокойно они говорят о том, от чего меня мороз по коже продирает. Почему-то я не могу представить Билли в драке — с его-то неизменным благостным настроением и нежными заботливыми прикосновениями. Особенно против Редгрейва, который излучает угрозу даже когда улыбается.
Равные шансы? Не знаю, я бы предпочла, чтобы мы так и не узнали, чья ставка сыграет.
Билли будто ощущает мое беспокойство. Его пальцы скользят по моему запястью, плотно обхватывая его, и мне сразу становится намного лучше.
- Не переживай об этом, Лот. Бой по самым пессимистичным расчетам случится не раньше конца февраля.
Но его слова меня совсем не успокаивают.
- Это еще почему? - вмешивается Лиам, начиная считать на пальцах. - Теоретически вызов можно бросить завтра, сразу же после официального объявления, а минимальный срок подготовки — три недели, и… А, стоп… - он неожиданно замирает на полуслове, а потом поднимает горящие восторгом глаза. - Это же гениально, Фицджеральд. Чья идея?
- Моя.
- Не хотел бы переходить тебе дорогу.
Я уже натурально сдерживаюсь от того, чтобы швырнуть в одного тарелкой с попкорном, а второго — ущипнуть от всей души за руку. Лиам не замечает моего угрожающего настроения, а вот Билли сразу склоняется ко мне и доверительно объясняет:
- Январь — месяц снисхождения Двуликого. Во время него дуэли категорически запрещены, как и подготовка к ним, а в декабре уже не успеть. Сейчас будет зазор в два месяца, а перерыв между дуэлями, как минимум, недель семь. У меня даже есть шанс успеть закончить школу перед вторым боем. - Он подмигивает мне: - Всё под контролем.
- Не хочу нарушать твою идиллическую картину мира, Фицджеральд, но-о-о… идти ва-банк в твоей ситуации — решение не самое лучшее. Была куча других вариантов.
- Каких, например?
- Самое банальное — объявить тебя наследником.