— Нет никаких магнитов! — с досадой сказал Ричард.
— Стоп! А приборы? — задумался Айво.
— Что — приборы? — не поняли его.
— Нет ли у нас с собой прибора, в котором используется магнит? — пояснил Блумберг.
— Есть, — медленно проговорил Барт. — В импульсном разряднике. Там есть разгонный магнитный контур.
— Его можно снять? — сразу задал вопрос Айво.
Но Барт уже достал свой ЛИР-1 и начал его разбирать. Снятые детали он аккуратно «вывешивал» рядом с собой в пустоте. Наконец он протянул Блумбергу небольшое кольцо. Айво взял его и поднес к арбалету. Кольцо прилипло к стволу.
— А если топоскоп из алюминия или пластмассы? — спросил Барт и сам понял, что сморозил глупость.
— Тогда ничего не получится, — тем не менее спокойно ответил швед и привязал к кольцу тонкий фал. — Кто хорошо играет в дартс?
Сноу протянул руку и взял магнитное кольцо. Айво отмотал несколько метров фала и привязал к ремню.
— Бросать надо очень осторожно, Ричи. Бросай тихонько — магнит слабый. Он должен медленно подлететь к топоскопу и прилипнуть. Если ты бросишь сильно, кольцо только отбросит прибор, и тот улетит… навсегда. Вторая попытка вряд ли получится. Придется кидать магнит в удаляющийся объект, а он и так не очень близко, — проинструктировал Айво. — Готов?
Ричард посмотрел на своих товарищей, но сквозь стекла шлемов лиц видно не было. Он перевел взгляд на топоскоп, медленно вращающийся в десятке метрах, подсвеченный фонариками друзей.
— Готов…
Сноу глубоко вздохнул, задержал дыхание и медленно, будто в замедленной прокрутке, распрямил руку и разжал пальцы. Кольцо, вытравливая за собой тонкий, прочный фал, полетело, будто нехотя, в сторону топоскопа.
Айво смотрел на лазерный дальномер:
— Семь метров… шесть девяносто… шесть восемьдесят…
Все затаили дыхание.
— Полметра… тридцать сантиметров… двадцать… десять…
Кольцо пролетело сантиметрах в десяти от топоскопа. Сноу пальцами притормозил стравливающийся фал и осторожно остановил кольцо, перелетевшее мишень на метр. Выждав пару секунд, он аккуратно потянул фал назад. Кольцо послушно поплыло назад и снова приблизилось к топоскопу. На этот раз магнит оказался еще ближе к прибору и летел намного медленнее. Вот он подлетел совсем близко и… прилип к топоскопу!
— Ура! — вырвалось у всей троицы.
Пять минут спустя загадочный и невероятный топоскоп оказался сначала в руках Сноу, а потом, после того как к нему привязали короткий фал, перекочевал в распоряжение Блумберга. Тот не замедлил начать его тщательное изучение, забыв обо всем на свете: всё-таки в его руках был уникальный и формально несуществующий прибор, способный пронзать привычную метрику пространства и соединять точки, разнесенные во Вселенной на немыслимые расстояния.
Сноу посмотрел на медицинскую шкалу скафандра Мюррея, сокрушенно покачал головой и сказал, обращаясь скорее к капитану:
— Удивительный народ эти ученые! Мы тут, можно сказать, уже настроились на торжественный лад и готовимся к неизбежному, а он вцепился в полумифическую трубку и ничего вокруг уже не замечает, ни того, что нас занесло незнамо куда, ни того, что кислорода в обрез, ну и так далее…
Хэлвуд ничего на это не сказал, а Блумберг, не отвлекаясь от осмотра прибора, отреагировал:
— Сей агрегат может помочь нам вернуться обратно, коллеги, не забывайте об этом. Вот тут я вижу десять регуляторов с делениями от нуля до двадцати. Все они стоят на нулях, кроме одного. Что это значит, а?
Сноу довольно бесцеремонно подтянул к себе Айво и взял в руки топоскоп. Повертев его и так, и этак и внимательно осмотрев вороненый корпус, он предположил:
— Похоже, Айво, что в один из регуляторов попала стрела, снайперски пущенная тобой из арбалета. Вот и легкая царапина осталась от молибденового наконечника, видишь?
— Ну-ка, дай сюда, — вновь завладел топоскопом Айво. — Да, действительно… А что, если поставить регулятор тоже на нулевую позицию, вот так?
Никто не успел ему помешать, и Блумберг передвинул регулятор. Ничего не произошло, но на топоскопе загорелся крошечный бирюзовый индикатор. Блумберг продолжал вертеть в руках вороненый корпус пространственного «перфоратора». Наконец что-то привлекло его внимание, и он поднес цилиндр поближе к прозрачному забралу шлема.
— А это что за кнопочка? — заинтересовался любознательный швед и без особых церемоний нажал на миниатюрный выступ на краю торца корпуса.
Вселенная выгнулась немыслимой дугой и начала закручиваться гигантской спиралью. Звезды на черном, незнакомом небосклоне померкли, пространство свернулось и исчезло, а время остановило свой стремительный бег.