— Нет, — покачала головой я. — В МАСК мне дорога пока закрыта. Может, как-нибудь потом…
Теперь я понимала решение матери, она сначала пожила, как хотела, а потом решила восполнить пробелы в знаниях еще и в академии.
Лукас облегченно выдохнул, но его реакция оказалась столь мимолетной, что я не взялась бы утверждать, мол, точно не показалось.
— Тогда наймем наставников для тебя сюда. Будешь познавать науки дома.
— Ты так в меня веришь?
Колдун улыбчиво покачал головой:
— Разве может быть иначе?
Перед глазами, как вживую, промелькнули картинки детства, юности в клане. И я точно могла заявить: еще как может!
Чтобы прогнать эти грустные воспоминания, потянулась к мужчине за поцелуем. Пусть эта ласка скажет за меня все, вместо тысячи слов.
Через какое-то время, когда от поцелуев Лукаса уже перехватывало дыхание и кружилась голова, колдун дал мне передышку.
— Малышка, не представляю, как и жил без тебя все это время… — горячечно прошептал мне в губы.
— И я не представляю.
— Как я жил без тебя? — игриво подначил он.
— И это тоже, — не стала признавать более очевидное.
Младший Дэ Кадари счастливо рассмеялся. Сейчас он меньше всего напоминал главнокомандующего стражами, носителя опасной крылатой сущности или колдуна под опасным каменным заклятием.
— Как же меня бесило твое спокойствие! — вдруг призналась я. — До колик в животе и неуемного желания свернуть тебе шею!
За все время, как мы встретились, Лукас впервые выглядел столь беззаботно. Он и ответил со смехом, расслабленно, игриво:
— Знала бы ты, каким трудом мне это далось!
— А зачем тогда терпел? — вполне искренне удивилась. — Бывало я и сама пугалась собственной наглости.
— Надеялся, что так скорее наиграешься и тебе надоест выдумывать все новые и новые провокации. Видишь, я оказался прав.
— Ах, ты, негодник! — от легкого щипка за бок колдун уворачиваться не стал. — Ведьмовской мести не боишься?
Я сделала страшное лицо.
— Только приветствую! — Лукаса гримаса не отпугнула.
— Чего?
— Отомсти мне, милая, — загадочно зашептал он, понизив голос, — в постели. А потом опять отомсти. И еще, и еще! Так уж и быть, я смиренно приму твою месть.
Я стукнула колдуна подушкой в лицо:
— Фигляр!
— Милая моя, — припечатал в ответ поцелуем.
— Позер!
— Лунная моя девочка.
— Лгун! — не сдавалась я.
Ведьмы не сдаются! Особенно в таких спорах, где весомее поцелуев не находится аргументов.
— Самая красивая.
— Бабник! — скривила губы.
Пусть не думает, что все-все ему забуду сразу! Ведьма я или где?
— Любимая.
— Люби… — я замерла. — Что?
— Ты все правильно услышала.
— Повтори, — а голос почему-то перестал слушаться, пропал.
— Любимая моя, — признался он, серьезно глядя мне в глаза. — Самая любимая, Ниэла. Единственная.
— Лукас, — всхлипнула, уткнувшись ему в шею, пряча счастливые слезы.
— Ну что ты? — недоуменно спросил. — Плачешь?
По связи от него шли тревога и страх. А ведь Лукас может быть так же не уверен в моих ответных чувствах, как и я в его. Раньше мысли о таком и в голову не приходили.
— Это от счастья, — не стала скрывать.
Колдун только крепче обнял меня. В кольце его рук было уютно и спокойно. Казалось, весь мир замирал, когда мы оставались наедине, поглощенные диалогом наших сердец. И как я раньше не позволяла себе этого замечать?
— Ш-ш-ш, ведьмочка моя, не плачь, — он вытер мои щеки. — Теперь все будет хорошо.
— Обещаешь?
— Обещаю, — уверенно заявил мой будущий, теперь я точно решилась, муж. — Я позабочусь о тебе.
И удивительное дело: я ему безгранично поверила. Все проблемы, нерешенные вопросы с Агафтией, силой лунных ведьм, Фло, проклятьями, бабушкой, альманским ковеном поблекли и точно отошли на задний план, остались позади. Лукас говорил столь решительно, что не возникало и доли сомнений — дальше у нас будет все хорошо.
Солнечные руки уже вовсю пробивались сквозь щель между гардинами, отбрасывая длинные светлые полосы на темные доски пола. Мы еще немного понежились в ложе из одеял, но вскоре поднялись, занявшись утренними делами. Поочередно сходили в купальню, вместе с Лукасом я просто не согласилась. Такое соседство сулило скорее наслаждение друг другом, а не водными процедурами. В любое другое время обязательно приняла бы заманчивое предложение, быть еще ближе к колдуну хотелось неимоверно. Только… Домашние нас, если не потеряли, то, наверняка, изводятся от любопытства. Да и вдруг Аррин успел вернуться и подоспеет к завтраку, очень хотелось узнать, как решился вопрос с Флорентией и «тетушкой».