Милая, добрая улыбка и мимолетное прикосновение к руке расслабило мужчин. Никто из них уже не ожидал каверзы, да и зеленые искорки чар впитывались в тело «жертвы» через касание почти незаметно. Оставался лишь едва ощутимый запах ванили, что продержится, как печать ведьмы, еще три дня. После исчезнет и никто не заметит магического вмешательства, лишь опытная чаровница сможет распознать простое и одновременно крайне вредное проклятье. Но вряд ли согласится его снять. Женское единство еще никто не отменял.
Когда я «наградила» Фадора, (будут знать, как всякие проверки ведьмам устраивать!), мужчина не дал отстраниться, а притянул к себе:
— Не принимай на свой счет, Ниэла, — едва слышно шепнул на ухо. — После того, как невеста Аррина оказалась слаба на перед…, гх-м… подвластна различным слабостям, в общем. Эльф наш и поехал немного.
— Так пусть для своих и устраивает, — под стать ему шепотом ответила. — Причем здесь Лукас?
— Марика хотела поменять стража на главнокомандующего стражами.
— Поменяла? — напряглась я.
— За кого ты мужа принимаешь?
Ох, я бы ответила, да, боюсь, не поймут.
— Ну и ладно, раз не вышло.
— Ваниль? — потянул носом бородач. Его темные глаза на миг блеснули ярко-зеленым огнем. — Вкусно пахнешь. Как сладкая булочка.
Опять оборотень! Ну что за наваждение? Второй за день! Однозначно слишком много развелось клыкастой братии…
— О чем это вы там шушукаетесь? — спросил Аррин.
Таким же недовольным прищуром, как эльф, наградил нас и колдун. Лже-муж, похоже, вообще едва сдерживался, терпя мою гостеприимность.
— Обсуждаем блюда предстоящего званого обеда. Фадор вот падок на сдобу, сладкое ему всюду чудится.
Эльф мечтательно улыбнулся:
— А я бы от жареной куропатки не отказался. Или от буженинки…
Эльф — мясоед? Вот это новость!
— Я учту, — последнему проклятье досталось остроухому.
Ему я постаралась передать двойную, а то и тройную дозу. Еще и пожелала, чтобы эльфийское обаяние дало сбой. Хорошенько запомнит, к чему приводят шутки с ведьмой! И ничуть я не злопамятная… Справедливая. Хотя внутри кольнула мимолетная жалость к обманутому невестой эльфу, но ее я придушила на корню. Сам ведь выбрал? Сам. А обозлился на всех дам. Скверно как-то выходит: мужчины принимают решения, ошибаются, а виноваты все равно женщины…
Один за другим стражи скрылись в светящемся провале. Напоследок Аррин одарил меня подозрительным прищуром. Его ослепительная улыбка как-то поблекла. Видать, слишком довольной я выглядела в тот момент. Ну просто сил не было уже сдерживать зловредную радость!
— Счастливого пути! — крикнула им вдогонку.
Пусть и говорят, что желать в спины плохая примета, но я же нежно. Чисто по-ведьмински. Мстивая натура победно улыбалась, внутри разливалось удовольствие и спокойствие сродни сытости. Отомстила. Теперь и простить можно. Всех, кроме эльфа.
Его еще ждет мой особый пирог. А там… Там поведение блондина покажет, достоин он ведьмовского благодушия или нет.
ГЛАВА 9
— Я к этой проверке отношений не имею, — покаялся Лукас, стоило свету от портала раствориться в воздухе.
Как он вплотную оказался за моей спиной вновь пропустила. Вот умеет же быть тихим и ловким, словно тень!
— Хорошо.
— Веришь мне?
— Ага, — легко пожала плечами.
— Почему?
— Ты никогда не отличался такой глупостью, чтобы рискнуть устраивать проверки ведьме.
Ох, Всеблагая, как же трудно не реагировать на его искреннее изумление и затаенную радость в глазах. А сердце-то все равно екает. Глупый мешочек с кровью!
— Чем ты им отплатила?
— О чем ты? — сделала невинные глаза. Еще и ресничками похлопала для усиления эффекта глупой кокетки.
Лукас на крючок ведьмовского очарования не попался, огорошил веселой улыбкой:
— Брось, Ниэла, я же знаю, что ты не спустила бы просто так им обиду. И обниматься с мужчинами никогда не входило в твои привычки… Значит, все это радушие и милости были тщательно продуманным спектаклем для стражей. Что ждет моих друзей?
— Привычки меняются со временем. Не думал об этом? — я не собиралась так легко сдаваться.
Лукас сложил руки на груди и скептически изогнул брови. Пристальный взгляд колдуна, что, казалось, проникал в самую суть души, я недолго выдержала.
— Скажем так, любвеобильность стражей станет впредь лишь пустой людской молвой.
— И как долго? — вдруг осип он.
— Пока на седьмицу. А вот у Аррина, надеюсь, мой подарок будет работать еще дольше. Пусть эльф учится думать головой и уважать женщин.