Эти слова: спокойные, тихие, почти равнодушные, словно камни, брошенные в лицо. Хорсары не сбились со среднего темпа, не в пример моему дыханию. Едва представила на миг, что Лукас Дэ Кадари — сильный колдун, настойчиво искал смерти, в груди потяжелело, а лоб покрылся холодной испариной.
— Почему? — содрогнулась, не узнав собственный голос: хриплый и какой-то отчаянный. — Из-за меня?
Даже ветер стих в ожидании ответа. Время для меня точно замерло, застыло. И сердце заиндевело на мгновение. Короткий такой миг равносильный вечности.
— Скорее из-за собственной глупости, — мужчина передернул плечами. — Ведь почувствуй я тогда, что мы предназначены друг другу богами, задавил бы трусость, не кинулся бы что-то себе доказывать, не стал бы причиной твоей боли. Все могло быть иначе…
В первый год я не единожды порывалась об этом думать, хотела разыскать Лукаса, просто глянуть ему в лицо и задать глупое, но постоянно мучащее «почему». Этот вопрос занозой сидел в моей груди и переставал ныть только в короткие часы беспокойного сна. Но со временем, поняв всю бесполезность затеи, утихомирила дурные мечты. Не потому что успокоилась или переболела, просто запретила себе даже думать о прошлом. Иначе не смогла бы выжить. С того момента я полностью погрузилась в составление плана, как обрести долгожданную свободу и вернуть силу.
— Я виноват перед тобой, Ниэла. Не устану повторять это, — прервал мои размышления Лукас. — Прости, если сможешь.
Что можно было ответить? Колдун не впервые извинялся, но впервые я верила в его искренность.
— До сих пор не могу забыть твой крик возле беседки. Я часто слышал его среди умирающих на поле боя, — он не смотрел на меня, застывшим взглядом глядел строго вперед.
Может, боялся увидеть презрение, ненависть или очередное немое обвинение в свой адрес?
Только вот ошибался. И десятой доли этого я сейчас к нему не испытывала. Растерянность, жалость, печаль, робкую надежду — да. А вот злостью и не пахло.
— Я не должна была спешить с ритуалом единения. Тем более не спросив твоего на это желания.
Недаром богиня за предательство Лукаса наказала именно меня. Ведьму, что самостоятельно решила сплести узы, забыв о мнении того, кого выбрала в спутники жизни. Слияние тел стало тонкой нитью нашей изначальной связи, но укреплять ее перед ликами богов должны были двое. И, конечно же, по обоюдному согласию. Вот и расплачиваться пришлось тому, кто взял на себя смелость просить соединить судьбы с по сути незнакомцем. Даже детская влюбленность не была мне в оправдание.
Сейчас же инициативу к восстановлению уз проявил Лукас, создав одностороннюю связь. И если ее не завершить с моего согласия, возможный откат за провинность будет нести колдун. Независимо от того, чья на самом деле вина. Глупые правила парных уз!
— Эти десять лет могли пройти для нас совершенно иначе.
Ком в горле мешал сглотнуть ставшую вдруг вязкой слюну. Язык одеревенел, а во рту расцвела горечь. За все время, что мы вынуждены были провести вместе после долгой разлуки, я впервые оказалась настолько близка к капитуляции.
Десять лет терпела издевательства от ковена, с подачи тетушки. За маленькую ошибку. Лукас десять лет нес бремя вины. И до сих пор не отпустил. Теперь я это ясно видела, как мощный круп хорсара перед собой.
Чем не прекрасная возможность рассказать колдуну, как именно мне жилось? И добить его этим.
Лукас Дэ Кадари — возлюбленный, возвеличенный мною едва ли не в боги, предатель, невольный мучитель будет повержен. Месть свершится. Я смогу спокойно двигаться дальше, забыв о былом.
— Нет смысла представлять каким было бы наше прошлое. Им таковым никогда не стать, — глухо проговорила я. — Лучше лепить настоящее.
Пусть колдун живет в незнании — на этом и решила. Ни к чему мне его мучения и, не дай богиня, жалость. К тому же, похоже, Лукас прекрасно справляется с наказанием себя же. Не буду ему в этом мешать.
А мне вот полегчало. Вроде и не высказалась, не воздала за все боли, тревоги, выплаканные слезы, а… черная злоба отпустила.
Конечно, и прыгать послушной кошкой в руки колдуна я не собиралась. Да и спуску ему давать тоже. Похоже, мне просто понравилось дразнить Дэ Кадари. Нашла себе отличный громоотвод. Терпит, молчит и душу отвести позволяет.
— Ради прекрасного будущего, — воодушевленно поддержал колдун. — Вместе?
Подумать только! Ты ему пальчик дай, он уже намерился полруки отхватить! Хуже болотного злыдня!
— Посмотрим, — строго припечатала взглядом наглеца.
Но стоило мне заметить его откровенную радость, как губы сами растянулись в ответной улыбке.