— Все по воле Всеблагой богини, — сквозь зубы проскрипел в ответ.
— И она воистину благосклонна к своим детям, — на этот раз в кивке не сквозило фальшью.
— Лаенван Дэ Кадари, очень лестно, что вы решили почтить нас своим вниманием, — проворковала Флорентия, одарив верховного колдуна дейринского ковена безупречной улыбкой. — Какая приятная неожиданность!
— Флорентия, вы, как всегда, прелестны, — ответил он, вежливо запечатлев целомудренный поцелуй на ее запястье, чем тут же вызвал ее жеманное хихиканье.
— Вы скрасили этот вечер, верховный.
— Разве я похож на столичных кумушек?
Ведьма зарделась в неловкой попытке отшутиться:
— Скажете тоже! Вы всегда отличались тонким чувством юмора!
В острой тишине за столом ее смех показался слишком громким.
— Отчего вы здесь? Для помощницы Ниарона в столице не осталось работы?
— Неужели я не могу позволить себе недельку-другую для отдыха?
— Чтобы навестить моего сына в глуши? — скептически заломил бровь Лаенван. — Оригинальный способ отвлечься от рутинных дел.
— Люблю нетронутую природу, — беспечно отмахнулась блондинка. — Это так волнительно!
Ее многообещающие улыбки, казалось, никоим образом не впечатляли верховного колдуна. И хоть внешне он оставался неизменно учтиво-вежливым, но за соблюдением правил приличий в пристальном взгляде чудилась смертельная опасность.
— Похвально, Флорентия. Приятно удивлен вашим рвением! С завтрашнего дня я лично обеспокоюсь путешествиями. Здесь чудные горы, моя дорогая! Наслаждение незабываемыми видами вам обеспечено.
— Право, не стоит утруждаться…
— Истинный ценитель природы не простит себе, если хотя бы трижды не пройдет самыми дикими тропками. Разве я могу стоять в стороне, когда столь прелестное создание в шаге от разочарования?
Флорентия побледнела.
— Прошу простить мое невежество, юная леди, — Лаенван повернулся ко мне. — Нас не представили…
— Ниэла Дэ Альмани, моя жена, — встрял Лукас. — Богиня благословила наш союз.
На несколько неловких мгновений воцарилась ужасающая тишина. Вместо ожидаемой вспышки гнева или хотя бы негодования, верховный колдун дейринского ковена… улыбнулся. Не возьмусь судить искренность этой реакции, но всеобщее удивление своим поведением ему удалось вызвать.
— Рад видеть вас в полном здравии, леди, — вкрадчиво заявил он. — Ослеплен вашей красотой, Ниэла. Вы очень похожи на матушку.
Я тяжело сглотнула:
— Вы знали мою мать?
— Не близко, — ответил Лаенван и требовательно обратился к сыну: — Дата ритуала единения перед ковеном уже назначена?
Я растерянно повернулась к Мадириссе, что в молчаливой поддержке выбрала за столом место рядышком со мной. Лицо ведьмы заиндевело в безучастной маске, взгляд застыл в одной точке. Ее руки, доселе чинно сложенные, как принято по этикету, на коленях, сейчас беспощадно комкали в кулаках край скатерти.
— Мы обсудим это позже в моем кабинете, отец, — обращение Лукас едва не выплюнул. По всему заметно было, что близкими семейными отношениями между мужчинами и не пахнет. — Нехорошо держать тебя голодным с дороги.
— Распоряжусь насчет еще одного прибора, — подала голос Мадирисса и медленно разжала непослушные, белые от напряжения пальцы.
Зал она покинула торопливо, стараясь не встречаться глазами с отцом воспитанника. Последний же, напротив, загадочно посмотрел ей вслед, словно вознамерился прожечь дыру в неестественно прямой спине женщины, точь-в-точь между лопатками.
— Кажется, Мади не слишком мне рада, — задумчиво пробормотал себе под нос Лаенван.
Лукас хмыкнул:
— У ведьм прекрасная память на обиды.
Я едва сдержала смех в ответ. Кто-кто, а мой колдун это точно знает!
— Да? — холодно поинтересовался его отец. — И что же такого я успел натворить?
Место за столом мужчина выбрал как раз напротив того, где недавно сидела Мадирисса.
— Даже и не знаю, — постукивая себя по подбородку, протянул Лукас. — Может, не стоило удерживать ее в своем доме, когда я пригласил Риссу стать моей экономкой?
— Да я особо и не удерживал… Может, что и крикнул в гневе, ну так и не помню уже…
— Например, что взрослому колдуну давно без надобности престарелые нянюшки.
Казалось, Лукас откровенно наслаждался заметной неловкостью отца.
— Я просто боялся потерять ценные кадры.
— А потом напиться и кричать ей вслед, мол, еще одна крыса бежит с корабля. Скажешь теперь, что злиться у нее нет повода?