Глава 3.3.
Тэррэмо Лоренцо направлялся к чёрному Rolls Roys крайне напряженной походкой. Даже уличный колорит, который пришелся ему по душе несколько лет назад при переезде в Чикаго - раздражал. И всему виной эта несносная девчонка. Он ожидал чего угодно, но точно не то, что его обведёт вокруг пальца вздорная и безумно красивая женщина! Каждая мысль о сегодняшей ситуации заканчивалась отборным итальянским матом в голове мужчины... Dio porco! Che culo! Но эту мисс Кросс было за что и поблагодарить - уволен штат охраны и та дамочка с ресепшен, что так милостливо её пропустила.
- Дон, у нас проблема. - усаживаясь удобнее проговорил Тэррэмо. Его Дон обратил взор на своего помощника, подталкивая его к дальнейшему рассказу.
Спустя пятнадцать минут, Тэммэро полностью изложил причину по которой был так взволнован: таинственная незнакомка, ворвавшись обманным путём в его кабинет представилась журналистом, а потом и вовсе, стала расспрашивать о тех вещах, которые люди предпочитают даже мысленно не произносить, тем более вслух. Откинув голову на подголовник, Тэррэмо услышал вопрос:
- Знаешь, что учит тебя лучше чем что-либо?
- Хм? - недоумённо ответил он.
- Боль. Именно она оставляет те раны, которые даже со временем зажив - болят. Стоит о них только вспомнить. - в голове проносились образы прошлого, вспарывая наружу всё то, что было так надёжно спрятано все эти годы.
- Согласен. Но только ты сам решаешь, как к ней относиться - либо, как к старому пыльному чемодану, который ты стащил с антресоли и он весь в пыли, привязанный к твоей ноге, тащится за тобой по пятам, либо, как к данности, которая тебе многое дала. А именно, - опыт.
- Даже если такой ценой?
- Даже если и такой. Даже если это пепелище выглдит вполне..Не путешествуй в обратное. Не найти тебе там того, что ищешь. Ни тебе, ни мне. - Тэррэмо крутил лёд на дне стакана с виски, смотря в окно. События былого времени встали перед его глазами так, как будто это происходило сейчас.
- Временами, ощущение, что эта петля из прошлого затягивается всё туже и туже на мое шее.
В салоне воцарилась глухая тишина и только шум мотора разрезал её. Ночной Чикаго проносился за окнами автомобиля с небывалой скоростью. Этот город был полной противоположностью солнечной, воздушной и красочной Сицилии, что вдохновляла только одной своей самобытностью.
- Но все это потому, что ты смотришь в него - в прошлое. .Далеко не уедешь, брат, смотря в зеркало заднего вида и не мне тебе об этом говорить. Да, чаще всего прошлое нас и прельщает тем самым единственным, что у него есть - своей стабильностью. Все уже свершилось и каким бы ужасным оно не было, ты все равно там мыслено блуждаешь, потому что так кажется безопаснее. Но это не так. Ловушка этого сложного механизма так устроена. И пока ты это сам не осознаешь, ты так и не дашь прийти настоящему в твою жизнь. Реальному. Страх перед будущем так велик, что ты позволяешь прошлому взять отвественность определять тебя. Доверься жизни и ее течению. Не надо пытаться все держать под своим контролем.
- Не уверен, что я на такое способен: не держать все под контролем. Привычка, выробатанная годами. - выдохнул Дон, поправляя и так идеально сидящий на нем пиджак.
- Эта потребность - контролировать, существовала во времена, когда ты был ребёнком, Дон, но в ней нет нужды сейчас: течение врмени изменило подход к самой жизни. Тебе осталось лишь понять, что это не работает больше и приносит тебе вред, а иногда, и почву для саморазрушения абсолютно лжеоснованную.
- Я часто думаю о том, что мог бы спасти тогда отца, мать, братьев.
- Нет, брат, ты не смог бы. Как бы ты себя не терзал, у тебя не получилось бы ничего изменить. Вспомни действительные события прошлого.
- Что ты имеешь в виду?
- Что ты был семнадцатилетний пацан, который знал о делах своего отца лишь косвенно. Даже, если бы захотел тогда - не узнал бы больше, чем тебе было положено знать, понимаешь? Тебя и твоих братьев пытались уберечь от этого тёмного мира, что им с успехом удавалось все эти годы. И их нельзя осуждать. Разве ты бы поступил по-другому по отношению к своим детям? - глядя прямо в глаза произнес с горечью Тэррэмо. Это рана была для него такой же глубокой, как и для напротив сидящего мужчины.
- Нет. Но к чему это привело?
- Привело к тому от чего не может быть защищен никто.
- Тэррэмо, это привело к тому, что я потерял свою семью: отца, мать и младших братьев! - теряя терпение воскликнул мужчина, сжигаемый испепеляющим чувством вины.
- Сконцентрируся лучше на том, что твои братья до сих числятся, как пропавшие без вести.
- Восемь грёбаных лет, брат, я ищу их. Ты думаешь, что это не одна из тех мыслей, о которой я думаю, как проснусь, затем в течении дня и перед тем как засну? Это смысл моей жизни и того, зачем я все это делаю.
Тэррэмо закрыл глаза, вспоминая двух маленьких мальчиков, что были полной копией своих родителей. Он был их крестном отцом и нянчил каждый раз, как предоставлялась возможность. Детей старались уберечь от мира, где им было не место. Но...
- Ты знаешь, что эта за женщина была и что ей было нужно? Досье в ближайшее время будет готово.
- Скоро узнаю.
Дверь открылась, пропуская Тэррэмо на улицу.
- До встречи, брат. - машина тронулась по новому намеченому пути.