Помрачнев, Юлька медленно завела печальный рассказ. Вспоминать об этом было неприятно. И страшно.
Всё началось около недели назад. Точнее тогда она первый раз заметила перемены.
Как всегда, собираясь на работу, хотела подкраситься — подчеркнуть тушью глаза, нанести лёгкий блеск на губы. Отвинтив колпачок от трубочки туши, подошла к зеркалу и словно провалилась куда-то, больше не увидев собственного лица! На его месте плавал смазанный блин, обрамлённый светлыми волосами.
Испуганная Юлька списала всё на недосып и нервы — накануне они крепко поругались с Марфой. Но всё повторилось опять. Снова и снова. Одежда, тело, руки-ноги отражались, как и всегда. А вот лицо больше не появилось. Юлька смотрелась в разные зеркала, замирала возле витрин, но везде видела одно и тоже — размытое нечто, окруженное волосами.
Знакомые воспринимали её обычно. Марфа тоже молчала. Лишь приятельница Светлана попеняла Юльке мимоходом, что она стала бледненькая, и надо бы подрисовать глаза. Похоже, что перемены видела только она сама. Но от этого было не легче.
Инга слушала молча. Напрасно Юлька ждала хоть какой-то реакции на свой рассказ.
— Я, наверное, зря приехала… — начала она снова и всхлипнула.
— Не ной! Не люблю таких. Пропустили сюда — значит не зря! Шанс у тебя есть!
— Вы думаете?
— Уверена. И, слушай, давай на «ты». Я, конечно, постарше буду, но не настолько же, чтобы выкать.
— Хорошо, — Юлька кивнула, а потом решилась спросить самое важное. — Вы… Ты слышала про ключников? Мне нужно к ним.
— Про ключника, — поправила Инга. — Кому надо — те про него знают. Теперь вот знаешь и ты. Но на лёгкое не надейся — он просто так не поможет. За лунным молоком пошлёт. Он всех за ним посылает.
Глава 2
Объяснить, что такое лунное молоко Инга не пожелала. Проигнорировав Юлькин вопрос, томно протанцевала по кухне, приобнимая рукой воображаемого партнёра.
— Джаз любишь? — игриво покосилась из-за плеча, и сама же ответила. — Вижу. Не любишь. У тебя лицо как у прокисшей сливы. Фу такой быть.
— А у сливы бывает лицо? — огрызнулась Юлька, стараясь не показать, насколько ей неприятно подобное сравнение.
Инга её раздражала.
Юльке никогда не нравились такие женщины — шумноватые, беспардонные, самоуверенные до наглости. Она всегда старалась избегать их по жизни, и вот же — получите! — судьба столкнула с одной в самый неподходящий момент.
— Скучная ты! — Инга пригладила волосы. — Серая, как пыль. Вот ты себя кем ощущаешь? Там, в глубине… внутри? — она постучала себя по внушительному бюсту. — Можешь не говорить, и без того ясно. Этакая среднестатистическая барышня. Я права?
— Ну… да… — промямлила Юлька, не понимая к чему этот вопрос.
— Во-о-от! — утвердительно кивнула Инга. — И другие так же о тебе думают. Это же чуйка. Нет в тебе ни огонька, ни яркости. Скучно одеваешься. Скучно живешь.
— Ты тоже не суперзвезда! — не сдержалась Юлька. — Сочетаешь несочетаемое, да и вообще…
Она хотела сказать про фигуру, про дешёвые аляпистые бусы, про синий лак на коротких ногтях, но вовремя прикусила язык — это было бы неправильно, грубо.
— Глянь-ка, ожила! А то сидела квашнёй. — Инга продемонстрировала ряд ровных белоснежных зубов. — Не злись, девочка. Это я так шучу. Мадама сегодня в напряжении. Последний шанс у меня, Юльк.
— Последний шанс? Я что-то не понимаю… — Юлька мгновенно позабыла обиду.
— Он самый. Не справлюсь — тогда абзац! Я ж третий раз в Лопухах. Последняя попытка. Не везёт мне на треклятое молоко. Попадается, да всё не то!
— Ты про лунное молоко? Что это такое? Где его можно достать?
— Искать нужно. Я все места здесь облазила. Нашла вроде. Принесла. А он нос воротит, смеётся…
— Он?
— Ага. Ключник.
Инга снова взглянула в окошко и вдруг нахмурилась.
— Опять ползёт, треклятый! С каждым разом всё раньше! — резко рванув пёстрые шторки, она прикрыла ими стекло.
— Ты про туман? — Юлька подошла посмотреть. — Я тоже видела — по дороге сюда. Знаешь… он странный такой… как появился из лопухов — сразу всё исчезло!
— Ещё бы не странный. С ним эти возвращаются. Дома проведать. Но для них ещё не время — завтра к вечеру должны.
— Кто — эти? — Юлька вспомнила движение в лопухах и шумное дыхание невидимого своего преследователя.
— Ты щеколду задвинула? — Инга метнулась мимо неё в коридорчик.
— Кажется нет, — от страха ноги сделались слабыми и слегка задрожали. Похоже, что Инга испугалась всерьёз. Но только кого? Кто может прийти вместе с туманом?