И кушать нужно, знаете ли, горчичкой вниз, на язык. Тогда в нос шибает быстрее. Дышишь чаще и глубже, жуешь медленнее. А значит, время обеда растет. Ну, и удовольствие от приема пищи возрастает соответственно.
Покушал. Чаек попить, как же без этого? И теперь уже можно оторваться на всю катушку - стаканов пять к ряду. Желудок после обеда должен быть полным!
То, се, - вот и конец рабочего дня. Выползаю из родной конторы на ясно солнышко. Как там в песне? “Я шагаю с работы усталый.” Назад, домой, уже можно не торопиться. Поэтому вместо полутора часов дохожу за два. Гуляю, то есть, воздухом дышу. Врачи говорят, что для здоровья это пользительно.
Вечером не ужинаю. “Ужин отдай врагу”, знаете поговорку? Мысленно пересылаю вечернюю еду президенту соседней державы. Думаю, ему приятно ощущать мою ежевечернюю заботу.
Снова чай - три стакана. Зубы почистить остатками мятной пасты - так меньше есть хочется. Ну, и в кроватку, баиньки.
Ночью спится спокойно, хорошо. И сны снятся сладкие. Про то, как кушаю жаренную картошку с салом. Или бутерброд с сыром и колбасой. Вкусно!
Ну, и вот в таком спортивно-спартанском режиме продержался я ровно пять дней.
А в пятницу, в обед, все и началось.
Сижу, кушаю, горчичкой наслаждаюсь. И вдруг чувствую: меня повело. Легкое такое головокружение наметилось, поплыло все, а тело сделалось словно невесомым.
“Ну, вот и пипец тебе небесный настает, - думаю. -Доэкономился, дурачина!”
От такого мысленного расстройства я слегка даже дрыгнул ногами. Ну, так, чуть-чуть, кончиками носков дернулся.
И - о, чудо! Взлетел со стула, выплыл из-за стола и медленно стал подниматься вверх. На душе сделалось радостно, телу стало приятно - я только темечком немного зашибся, когда голова с потолком соприкоснулась.
Вишу в пространстве, созерцаю просторы родного кабинета и видом за окном любуюсь.
“ А может это у меня бред начался? - подумалось вдруг. - На почве, скажем прямо, моего продвинутого аскетизма?”
Ущипнул себя за локоть, ойкнул - больно! Значит, не брежу. И не заснул за столом, хлеба с горчичкой накушавшись. Ну, вот и хорошо! Вот и ладненько!
Стал я осваиваться. Летать, то есть, учиться. Минут пятнадцать витал под потолком комнаты, приноравливался. Потом решил выбраться в коридор. Открыл двери и выпорхнул.
Лечу по коридору - он у нас в конторе длинный, метров сто, - и со всеми здороваюсь. Наше, мол, вам с кисточкой, дорогие господа и милостивые товарищи! Народ на меня испуганно косится, но на приветствие отвечает. Некоторые и себе на цыпочки становятся, руками машут - знать, тоже полетать хотят. Только ничего у них не получается. Потому что технологией полета не владеют. Диета и режим - моя тайна, мой секрет, мое ноу-хау.
Вылетаю на улицу. Лечу осторожно, отталкиваясь пальцами от стен домов. Тут главное не переборщить, чтобы в небеса совсем не сорваться. Потому что обратно уже не вернешься - от туч и облаков в обратном направлении не оттолкнешься, опорная среда не та.
Лечу к Дому нашего родного мухосранского правительства. Надо же поделиться радостью летания с руководством демократической республики, или нет?
На перекрестке стоит блок-пост, наряд из трех камуфлированных ребят. Сверху похожи на ниндзя-черепашек - маленькие такие и забавные до ужаса. Миротворцы же, “голубые каски” то есть.
Увидели меня, окаменели, челюсти отвалили. Потом очухались, стволы автоматов наставили.
- Эй, - кричит старший - тот, который в розовой балаклаве с синими цветочками, - ты - кто? Вражеский беспилотник?
- Я - Карлсон, который живет на крыше, - смеюсь в ответ и машу рукой. - Привет, братцы!
- Карлсон? - глаза старшего вылазят из прорезей балаклавы. - Из Евросоюза?
Стволы “калашниковых” нервно дергаются. Вот-вот плюнут в меня свинцовым горохом.
Ну, вот нет у людей никакого чувства юмора!
- Спокойно, гвардия, - говорю. - Что, не видите? Я - авиация нашей демократической республики!
- А почему летишь без камуфляжа? - старший подозрительно щурится.
Есть же такие вредные и дотошные типы!
- Я - гражданская авиация, - терпеливо объясняю с высоты. - Лечу по маршруту “Хацапетовка - Мухосранск” с почтой для нашего правительства.
Магическое слово “правительство” отворяет врата небесные.
- Так бы сразу и сказал! Пролетай! - машет рукой старший блок-поста. - Не создавай затор на воздушной трассе!
Лечу дальше. Вот и Дом правительства. Крыша, на которой какой-то шалунишка написал и нарисовал все, что думает о президенте соседней державы. Террорист с графоманским уклоном и талантом порнографа-аниматора, не иначе.