Ваш же покорный слуга сохранил свою верность Его Величеству Космонавтике. На многомиллиардные гонорары я обновил оборудование на моем собственном космическом корабле “Колибри”. Ну, и ещё прикупил антигравитационную дачку над Днепром, в самом центре Киева, - ту самую, на которой мы, мой дорогой Мевеземар, сейчас и находимся.
Командор закончил рассказ. Я сидел как истукан, окаменев от услышанного. История, рассказанная Брехуненко-Водолеем, была столь необычна, что совершенно не укладывалась в голове.
- Командор, - наконец, прошептал я, - но ведь тогда получается...
Я осекся.
Фиолент Теодорович вопросительно взглянул на меня.
Я прокашлялся и уже нормальным голосом выпалил:
- Получается, что именно вы, а не Нил Армстронг были первым человеком на Луне!
Брехуненко-Водолей грустно улыбнулся и покачал головой:
- Нет, мой дорогой Мевеземар. Да, Армстронг высаживался на лунную поверхность в двадцать втором веке, и это была съемочная площадка Голливуда. Но не сам Нил, ни его коллега Базз Олдрин не знали об этом, и действовали так, как должны были действовать настоящие первопроходцы. Я и Маматутунутру гуляли по Луне два столетия назад, но внутренне, психологически, были уверены, что работаем над съемками художественного фильма. Армстронг и Олдрин были настоящими героями, а я и Раджив - всего лишь актерами на один фильм.
Он сделал паузу, и тихо добавил:
- Можно поменять местами во времени космические корабли и людей, но подвиг всегда останется подвигом!
Случай в кратере Тихо
Шел по Луне американский астронавт, шел-гулял, камешки всякие собирал. Устал, замерз, проголодался...
Вышел на склон кратера Тихо. Глядь, - а внизу, между камней деревянная избушка стоит, трубой печной дымит.
“Что за чудеса, - думает американский астронавт. -Ну-кась, пойду взгляну чего это там!”
Спустился к избушке, тихонечко приоткрыл дверь, заглянул.
Батюшки святы!
Сидит в избушке за деревянным столом сам Ильич и что-то торопливо пишет. А на коленях у него ящерка зелененькая суетится, прыткая такая, смешная.
- Заходите, товарищ, - говорит Ильич, не поворачивая головы. - Не создавайте сквозняк, у меня лампа может потухнуть!
Американский астронавт переступил порог, притворил дверь.
- Присаживайтесь здесь, у печки, - продолжает Ленин, не поднимая взгляда от рукописи. - Пледом укутайтесь, замерзли чай!
Астронавт сел, расположился поудобнее, почувствовал тепло даже сквозь оболочку скафандра.
Кашлянул неловко, спрашивает:
- Как же так, Владимир Ильич? Мы же думали, что вы того... Умерли...
- А я не того, а этого! - весело захохотал в ответ Ленин.
Он закрыл тетрадку, отложил ее на край стола и повернулся к гостю.
- Слухи о моей смерти - это буржуазная провокация, батенька, - веселые искорки сверкнули в темных ленинских глазах. - Выдумка политической проститутки Троцкого! Кстати, как он там поживает?
- Нормально, - машинально ответил астронавт. -Кхе. В том смысле, что умер давно. Лет тридцать назад. Или даже больше.
- Ну, туда ему и дорога, иудушке, - Ильич махнул рукой. - А я вот, батенька, эмигрировал. Здесь, на Луне, -да еще и в кратере имени товарища Тихо, хе-хе, -действительно тихо и спокойно. Никто не беспокоит - ни это полоумное Политбюро, ни ходоки с Поволжья. Благодать! Можно день-деньской работать, работать, работать! Вот мы с Наденькой и не спешим обратно!
Он погладил по голове зеленую ящерку на коленях. Ящерка подняла покрытую бородавками голову, прикрыла веками черные глазки и замурлыкала совершенно по-кошачьи.
Американец подавился воздухом:
- Это. Это - товарищ Крупская? Надежда Константиновна?!
- Она самая, - лукаво прищурив глаза, подтвердил Ильич. - Да вы не пугайтесь: это она временно такая. Просто лунных грибочков вчера на ужин перекушала. Ну, да ничего! Денька два ящеркой побудет, потом как царевна-лягушка шкурку сбросит - и опаньки: вот она снова с нами, наш товарищ Наденька!
Астронавт шумно сглотнул нервный комок, застрявший в горле.
- Признаться, я тоже поначалу был не аккуратен, -продолжал вождь мирового пролетариата. - Тоже злоупотреблял местными грибочками под водочку... Хе-хе... Верите, батенька, таким аллигатором здесь разгуливал - самому страшно теперь вспомнить!
Он залился хохотом.
Американец хотел смахнуть со лба холодный пот, но вовремя вспомнил, что его лицо по-прежнему прикрывает стекло гермошлема. Чтобы сменить тему разговора, спросил:
- А вы над чем сейчас работаете, Владимир Ильич? Если не секрет, конечно.
- Над книгой “Вселенная и революция”, - Ленин пружинисто поднялся со стула. - Пролетариат нашего мироздания, батенька, стонет под игом