— Что известно об их визите?
— Прибыли вчера на закате.
Мамору помнил кроваво красные облака и тело бессознательной Усаги на своих руках. Он нахмурился.
— О целях они не сказали?
— Нет. — Сецуна ощутила неловкость. Она не спросила у прибывших, зачем они вернулись. — Не сказали.
— Может им нужна помощь. Вряд ли они бы стали сюда возвращаться просто так. Надо будет встретиться.
Мамору рассуждал логически, стараясь думать отстраненно. Логически ведь все было в порядке. А вот то, что называют душой, металось в панике.
Мамору не забыл тяжёлый взгляд того молодого парня. И слова его тоже помнил. А ужас, охвативший его, когда Усаги вскользь упомянула о лёгкой влюбленности в звёздного одноклассника, он не пожелал бы никому. И вот, он снова тут.
— С кем встретиться?
Звонкий голос Усаги вывел его из ступора. Она жадно выпила стакан воды и после обняла Мамору за шею. Усаги с любопытством смотрела на гостью.
— Ты не говорил, что ждёшь Сецуну.
— Они вернулись.
Усаги ощутила, как напрягся Мамору в ее объятиях. Ей стало страшно. Сон с Эндимионом все ещё не давал покоя.
— Кто вернулся? — Не своим голосом спросила Усаги. — Почему вы молчите? У нас новый враг?
— Нет. Никаких врагов, Усако. — Мамору взял ее за руки и заглянул в испуганные глаза.
— А что же тогда? — Слова любимого ее немного успокоили.
— Вернулись «Три Огня» и их принцесса.
— Ух ты! А давно? А зачем? Они привезли нам сувениры? — Усаги явно обрадовалась.
Мамору засмеялся с непосредственности любимой.
— Мы ещё не знаем, Усако. Они вчера вечером прилетели только.
— О боги! Минако сойдёт с ума от радости! — Усаги захлопала в ладоши и унеслась куда-то вглубь квартиры.
Сецуна тактично молчала все это время, уткнувшись в свою уже пустую чашку.
— Вот видишь. Волноваться не о чем. — Уже более уверенно улыбнулся Сецуне Мамору.
Усаги питала его своей жизненной силой, заряжая и окружая любовью, теплом и радостью.
— Я все равно была бы вдвойне осторожна на твоём месте, Мамору. — Сецуна говорила тихо, но предельно четко. — Она БЫЛА его девушкой. И если бы тебя не вернули — оставалась бы ею и по сей день.
Сецуна встала и вышла с кухни.
Негромко хлопнула входная дверь. На грани слышимости Усаги разговаривала с подругами по телефону. Все было хорошо. Слова Сецуны ведь просто слова. Она любила преувеличивать, темнить и скрывала многое, в чем Мамору был убежден.
***
Она больше всех устала от перемещения на Землю. Принцесса Оливия спала в широкой постели уже сутки. В прошлый раз она ослабела на столько, что несколько месяцев скрывалась в магической курительнице, то просыпаясь, то ныряя в глубокий сон.
Медные локоны в беспорядке украшали паутиной белоснежную постель. Спящая Оливия казалась совсем ребенком. Без своего макияжа, сложной прически и королевского одеяния она выглядела моложе, чем являлась.
А ещё, она была красива. Бледная кожа, без единого изъяна. Ровный, чуть вздёрнутый нос, изящная линия бровей. И когда она раскрывала большие глаза, то в их янтаре каждый находил необходимый ему свет.
Так было и с Сейей. Пока он не повстречал лунную богиню.
Он стоял в дверях и смотрел на свою принцессу.
Оливия была очень сильной, но все же ее сил не хватило на восстановление их родины. И пусть хоть кто-то упрекнет их в недостаточном усердии! Медленно планета умирала, хотя они все делали все возможное. Никто не смог препятствовать фатальным изменениям.
Два долгих года Кинмоку превращалась в мертвую планету. Атмосфера становилась все более разреженной, температура за сутки менялась с бешеными амплитудами и уже ни животные, ни растения не могли подстроиться под необратимые перемены.
Не смотря на отсутствие других людей, у них оставалась надежда. Галаксия уничтожала континенты в поисках негаснущих семян и на Кинмоку совсем не преуспела — семена были только у улетевших за принцессой воинов. У Тайки в распоряжении была целая система лабораторий с инкубаторами и всякими нужными вещами. Ятэн использовал целебную магию и мог здорово ускорить рост популяции. Оливия была гарантом непрерывной королевской династии. А Сейя… Поклялся защищать их мир любой ценой.
И вот мира не стало.
Сейя прикрыл дверь в спальню, где наследница императорской крови спала беспробудным сном. На его губах появилась улыбка и тут же пропала. Сейя вошёл в гостиную, где его ждали братья.
— Ты к Усаги пойдешь сейчас или ночью втихаря сбежишь? — Ятэн лежал с кучей свежей прессы на диване. В его задачу входило выяснить общую ситуацию на новом месте.