- Да… Пожалуй.
Айрин задумалась о чем-то, голос ее постепенно затих. Когда Далила почти уже заснула и металась между сном и явью, прозвучал встревоженный голос сестры.
- Слышишь? – спрашивала она.
Снаружи отдаленно слышалась какая-то беспокойная возня. Лил выбралась из постели и осторожно приблизилась к окну.
- Ничего не вижу. Сегодня полнолуние, так что наверное кто-то не успел проконтролировать превращение. Как в прошлом году, когда дядя Ангус свалился?
- Может быть, - с сомнением протянула Айрин. – Я схожу посмотреть.
Лил вскинула красивую черную бровь. Она унаследовала внешность отца: некрупная, но крепкая и плотно сбитая, с сильными руками. Черные волосы подстрижены коротко, как у мальчишки. На правом плече – символ принадлежности к стае Бури: грозовое облако и силуэт морды волка. Айрин походила на мать: изящная, с красивой полной грудью, медно-рыжими волосами.
- Ладно, - согласилась она. – В любом случае, тебе меньше попадет, чем мне.
Далила прикрыла дверь за сестрой и стала прислушиваться. В полнолуние все волчьи силы обострялись, включая эмоции. Многие нервничали перед восходом луны, а значит теряли над собой контроль и превращались. Лил любила быть волком, когда бы сильные лапы несли ее по влажной лесной земле, когда нос наполнялся целым спектром разнообразных запахов, когда она слышала глухие отголоски чужих мыслей, видела в темноте и убивала ради пропитания.
Но она еще ни разу не сражалась. Боялась боли. А те, кто не мог сражаться, лишались права превращаться и подвергались суровым истязаниям в случае нарушения непреложного правила стаи Бури.
Внутри нее зашевелилась нетерпеливо волчья натура, и Лил пришлось усилить свою власть над зверем. Волчица испуганно посмотрела на нее внутренним взглядом ярко-желтых глаз, заскулила будто бы от скуки и свернулась кольцом.
- Прости, - прошептала Лил. – Если бы я только могла.
Она села на кровать и закрыла глаза.
Айрин вернулась десятью минутами позже, слегка взволнованная. Янтарная радужка горела ярче обычного, что указывало на повышенное возбуждение.
- Ты не поверишь, там Айдан! – восторженно прошептала Айрин.
- Айдан? Это твоя глупая шутка, Рин?
- Да нет же! Он пришел с букетом полевых цветов и стоит на одном колене!
Далила скептически посмотрела на младшую сестру. Конечно, в детстве Рин была той еще выдумщицей и сочиняльщицей, шутки эти постоянно присутствовали везде, где бы сестра не находилась. Но это…?
- Ладно, я спущусь посмотреть. – Поддалась Лил, хоть и думала, что напрасно.
Внизу было полутемно. На кухне из крана капала вода, звук раздражал. Далила прошла через столовую в гостиную. Окна были наполовину зашторены жалюзи, но в гостиной штора слегка оказалась отодвинута в сторону. Волк в Лил встрепенулся, приподнял уши и негромко заворчал. Перед нападением тишина стояла звенящая.
В следующий момент альфа, ее отец, обрушился на нее со спины. Ночью лунноволки были сильнее и быстрее, чем днем. Но Далила была уже наготове, и ей удалось избежать свирепой атаки. Она споткнулась об кресло, перемахнула через него и выбежала из комнаты. В кухне зловещим силуэтом вырисовывалась мать. Далила вильнула в сторону, открыла пинком ноги дверь запасного выхода и пулей вылетела на улицу. Вечерняя роса холодила обнаженные ступни. Свежий воздух придал сил, Далила спешно стягивала через голову ночную рубашку.
Из проулка на нее бросился наперерез Клейтон. В ярко-янтарных глазах горел огонь, присущий лишь охотнику. Далила меньше всего могла ожидать от него предательства, но в сердце не было место переживаниям: на кону стояла ее жизнь. Клейтон был сильнее и выносливей, ему удалось обогнать ее в какой-то момент и швырнуть на землю. Далила покатилась по траве и грязи, обнаженная. Секунды три потребовалось ей на то, чтобы подняться на ноги. Клейтон замер с расставленными руками в полуприседе, настороженным взглядом буравил он сестру.