Кэл почесал затылок и отложил документ в сторону.
— Все грустно, — констатировал он.
— Почему? — Элиш набросила на повязку очередное исцеляющее.
Кэл только поморщился, глядя на слабо вспыхнувшую сеть.
— Алва, — окликнул он подругу, — можешь сплести сильнейшее исцеляющее?
— Конечно.
Элиш ощутимо напряглась. Кэл улыбнулся: все-таки она не доверяла никому из сыщиков, даже если теперь стала одной из них. Сумеет ли довериться хотя бы ему, своему непосредственному начальству? Нет, понял Кэл, глядя, как Элиш настороженно следит за манипуляциями Алвы, ему тем более не доверится. Потому что они связаны контрактом, который и принудил Элиш к такой работе. Поверить человеку, который угрожает спокойно жизни? Кэл бы не рискнул, а обстоятельства их совместной работы вряд ли изменятся. Элиш не перестанет быть лунной, он не уволится с работы, контракт… Ну, если утрировать, то согласно этому контракту Элиш вообще оказалась в своеобразном рабстве, так любимом в Островной коалиции. И ждать от нее доверия глупо, наверное. Кэл подавил ухмылку и решил, что, в конце концов, не жениться же ему на Элиш, а от работы она точно увиливать не станет.
— Спасибо, — тихо поблагодарила Алву Элиш и уставилась на Кэла. — Может, мне в общагу вернуться? Раз рука болит, и я почему-то из-за этого бесполезна.
— Вернешься, — пообещал Кэл. — Как введу тебя в курс сыскного дела, так и вернешься.
— Ты уже с полчаса это обещаешь, — Элиш тяжело вздохнула и покосилась на Алву.
Ей явно было неудобно находиться в обществе двух сыщиков, она нервничала и хотела поскорее вернуться в общежитие. Или к Джету и Кеннету? Кэл невольно улыбнулся: кошка, взъерошенная кошка, только что глазами не сверкает. Даже нет… древесная лисица, хитрая, ловкая, правда, колючки торчат из подшерстка. В Чилле водились такие зверьки — рыже-коричневые с длинной широкой черной полосой на хребте вплоть до кончика хвоста. В отличие от своих собратьев, древесные лисицы могли с легкостью взобраться на дерево, за что и получили свое название. Правда, они не живут в холодных регионах, но это уже сущие мелочи.
— Нет, мне точно не нравятся сегодня твои гримасы, — процедила Элиш. Она негромко выдохнула, выпрямилась, вскидывая голову, но так и не сумела расслабиться до конца.
— Я задумался, — пояснил Кэл и тряхнул головой. — Будет тебе сейчас лекция о сыске.
— Только пыль в глаза не пускай, сладким речам все равно не поверю, — спокойно, почти равнодушно предупредила Элиш и сложила руки на столе. — Слушаю.
Полминуты у Кэла ушло на то, чтобы собраться с мыслями и припомнить все, что он когда-то помнил о своей любимой работе. Кто бы знал, что придется побыть лектором, но просто язык чесался рассказать Элиш не просто о делах, но об истории создания сыска, даже если прошлое этой организации банально и известно всем интересующимся.
— Ты сама не искала информацию? — полюбопытствовал Кэл, собирая уже запылившиеся знания в кучку.
— Нет, — Элиш коротко улыбнулась, всем своим видом показывая, как ей наплевать и на сыск, и на работу.
Кэл на мгновение прикрыл глаза и заговорил.
Первоначально после смены династии, когда на трон взошел его величество Мэлис Освободитель, верные ему люди выслеживали магов, недовольных казнью. В то время и речи не шло о создании конкретной организации, которая бы занималась делами, непосредственно связанными с солнечными и лунными, скорее это был небольшой отряд соратников Мэлиса, разделяющих его опасения. Охотники, как прозвали их современники, не гнушались никаких методов, известны случаи, когда отряд не просто брал в заложники родственников магов, но сразу убивал и не щадил даже детей. Правда, Мэлису подобное не понравилось, поэтому вскоре ряды Охотников поредели, но обязанности остались у них те же. Маги при всей их силе не могли ничего противопоставить врагам, поскольку в большинстве своем волновались за родных и близких. В то время маги имели больший вес в обществе, нежели сейчас, только при короле Мэлисе они одновременно и потеряли власть, и оказались в центре внимания. Тех солнечных, что оставались на стороне Томмы Беглого, казнили вместе с лунными, а остальные не имели ни титулов, ни влияния на знать. Собственно, именно в те неспокойные тридцатые годы девятнадцатого века практически на нет сошли существовавшие титулы герцогов, виконтов и графов. Оставался только король со своими соратниками.