Он никак себя не проявлял. Две с половиной недели — достаточный срок, считал Кэл. Он даже половину группы захвата снял, а оставшиеся в большинстве своем только делали вид, что упорно ищут преступника. Убийца оказался настолько умен, что почувствовал подвох? Или дело было уже не в иррийце, а в хозяине зомби? Кэл понимал, что следовало бы приложить все усилия и найти лунного мага, который поднял труп Падера О» Конелла (хотя еще никем не доказано, что это именно его труп, и что там вообще зомби), но как раз на лунного у сыска ничего не было. Впрочем, интуиты не зря считались особой категорией: Кэл чувствовал, что вскоре все изменится, причем очень скоро, и сильно желал оказаться готовым к этим переменам. Хотелось верить, что не придется никого хоронить. Тайг бы непременно сказал на такое замечание, что Кэл сходит с ума и сгущает краски — ну какое хоронить? — но все равно становилось не по себе, и «ключ» отзывался невнятной дрожью. Но приходилось ждать. Ладно, что грызть ногти Кэл отучился в малолетстве, мама знала, как сделать, чтобы сыновья себя вели правильно. Но следовало занимать себя чем-нибудь интересным, а до локтей, чтобы их покусать, он тоже не мог дотянуться.
Элиш, по словам Тайга, вела себя примерно и, кажется, даже сдружилась с группой розыска, в конце концов, ей еще предстояло с ними работать. Тайг, правда, все жаловался, что его драгоценная небесная дева предпочитает проводить время не с ним, а с Матью и Эрком, остальные уже сами собой собираются вокруг и почти наперебой принимаются то байки травить, то вопросы задавать, порой не слишком приличные. Только Брэндан не поладил с Элиш — или она с ним? Кэл догадывался, почему: Брэндан любил быть в центре внимания, этого требовала не столько его натура, сколько хотелось доказать, что пусть он самый младший и неопытный, но тоже хороший парень, свой, что называется. В принципе, так оно и было, но Брэндан все равно стремился что-то кому-то доказывать. А тут Элиш — вообще несовершеннолетняя, да еще и девушка. Естественно, что все внимание парней переключилось тут же на нее, и даже Тайг был им не указ. Кэл только ухмыльнулся, когда впервые об этом услышал: Элиш казалась хрупкой и слабой, ее действительно хотелось защищать. Только первое впечатление было обманчивым, да и не знали парни о своей новой напарнице очень многого. Впрочем, судя по всему, Элиш пока и не торопилась раскрывать все свои козыри, с парнями она общалась спокойно, смеялась вместе со всеми, но при этом за границы группы захвата почти не выглядывала, хотя Тайг представил ее совершенно всем в штабе, включая старика Дахи.
И все-таки следовало бы уже что-то предпринять. Алва только сочувственно смотрела на него последние дни и протягивала аккуратные стопочки документов — как обычно, но чем скорее приближался конец третьей недели, тем нетерпеливее становился Кэл. В четверг, не придумав ничего лучше, он связался с Кеннетом. Дядя ответил сразу: они с Джетом временно жили вместе, Кеннет наотрез отказался оставлять друга с неприкрытой спиной.
— Если этот гармов сын еще раз попробует напасть, я ему голову отверну, — мрачно пообещал две с половиной недели назад он при первом после встречи разговоре. — Ты ищи, Кэл, ищи. Иначе Джет устанет сидеть на одном месте и вернется в таверну. И обязательно приглядывай за Элиш.
— Алва, — окликнул он подругу, решительно откладывая бумагу в сторону.
Время было почти полшестого, большая часть сыщиков уже разошлись по домам, только где-то сидели Тайг со следопытами и Элиш, наверняка снова болтающая с Шоном. С этим парнишкой они тоже неожиданно сдружились, но Кэл подозревал, что Элиш просто видит в Шоне своего брата. Он совершенно случайно, зайдя в лабораторию, наткнулся там на лунную и заметил ее взгляд, направленный на младшего помощника: совершенно непривычный, слишком мягкий и, пожалуй ласковый. Элиш так не смотрела ни на Джета, ни на Кеннета, ни, собственно, на него, Кэла. На какую-то долю мгновения укололо разочарованием, остро захотелось, чтобы Элиш тоже так взглянула и, может, даже улыбнулась бы, но, судя по всему, она до сих пор не простила тот дурацкий вопрос. Элиш при случайных встречах ни разу не заговорила с ним самостоятельно, Кэл всегда первый задавал вопрос, и Элиш отделывалась ничего не значащими фразами. Она всегда шла с кем-то — Матью, Эрком, Ниаллом, с кем-то еще, но Кэл порой ловил себя на мысли, что безумно хочет хотя бы на пять минут остановить время и остаться с ней наедине. Просто так, чтобы, наверное, вернуть те странные отношения, что были прежде. Чтобы Элиш не выстраивала огромную толстую стену, ощетинившуюся колючками, а улыбнулась и снова съязвила. Впрочем, желание исчезало сразу, стоило заняться чем-нибудь другим и выкинуть Элиш из головы.