— Подойдите, господин Маршейн, — велел наконец Декан, обходя стол.
Я со стороны наблюдала, как плавно рисуется золотистая нить, необычайно яркая, и мгновенно пропавшая, когда Каллаган шепнул активирующее слово. Алек почесал затылок и вернулся в кресло.
— На сегодня все, — сообщил Декан и протянул нам два листа. — Здесь ваше расписание. Оно почти не отличается от общего, но небольшие изменения в практических занятиях имеются. Кроме того, — он вдруг улыбнулся странно удовлетворенно, словно оправдались серьезные ожидания, — практикум по алхимии вести буду тоже я. Свободны.
Совершенно выпало из памяти, как мы оказались снова в коридоре перед теми же злосчастными дверьми. Я машинально почесала зачесавшуюся спину и покосилась на Алека. Судя по лицу, он тоже не понимал, каким пинком нас оттуда вынесло. То ли мы хотели так сбежать, то ли Каллаган решил, что с нас хватит лицезреть его странные улыбки. Расписания в руках доказывали, что мы действительно еще несколько минут назад сидели в удобных креслах и слушали Декана. Я хмыкнула:, потихоньку осознавая случившееся: забавно, всегда казалось, что разговор должен быть обстоятельным, напряженным, возможно, с применением угроз, а мне даже не пришлось вспоминать о Кэле, да и по большому счету Декана моя сила словно не волновала вообще. Ну лунная, ну хорошо, сам займется этим, да и все. Сущая мелочь.
— Слушай, Алек, — озадаченно пробормотала я, снова вспоминая мелькнувшую птицу на кисти Каллагана, — а чьим знаком является черная птица… то ли ласточка, то ли стриж? Не помнишь?
— В Челле ласточка — знак свободы, — машинально ответил Алек, вертя в руках расписание, — а у нас стриж был. У Инквизиторов вроде.
— Да?.. — горло перехватило невидимой удавкой. — Не путаешь?
— Неа, — а вот Алек, кажется, начал приходить в себя.
Мамочки! Я едва не схватилась за голову. Это получается, Академией заведует настоящий Инквизитор?! За одну только попытку подделать форменные знаки сразу казнь без суда и следствия, а перед этим кожу с фальшивым знаком заживо сдерут, чтобы неповадно было. Значит, Роланн Каллаган — вполне себе настоящий, живой, реальный Инквизитор. Можно потрогать даже, если инстинкт самосохранения сдох еще при рождении. У меня аж руки опустились от такой новости. Зато понятно стало, почему Декан так спокойно сейчас вел разговор, не обращая на меня почти никакого внимания, как будто новую моду обсуждал. Инквизитор… ему раз плюнуть меня по стенке размазать, шаг вправо, шаг влево — расстрел на месте. Инквизиторам дозволено убивать, хотя сейчас, конечно, руки у них связаны. Да и не выглядит Декан убийцей… но первое впечатление обманчиво, как встреча с ланнан ши, призраком, влюбляющим в себя парней и молодых мужчин и тем самым сводя их с ума, а затем высасывая жизнь.
— Значит, лунный маг, — протянул рядом оживившийся Алек, и я не глядя пнула его в лодыжку. — Ау!
— Потом.
— Какое потом! — завопил он, бросаясь за мной вслед. — Тарлах! Ты теперь обязана мне все рассказать, моя чудесная тиомейнте!
— Ничего не обязана, — вяло сопротивлялась я, спускаясь по лестнице. В голове что-то упрямо гудело, и я не могла понять чудится мне гул, или все-таки у него внешний источник. — Ты опять мое имя забыл.
— Не забыл, ты Элиш! — Алек обогнал меня и встал, преграждая путь, раскинул руки в стороны. — Айда в столовую, там и поговорим.
Я устало потерла лицо и покосилась на бумагу. Жаль, что сумки сегодня не брали с собой. Остальным нашим сокурсникам ничего не выдавали, напротив, они сами составляли списки по направлениям. С сегодняшнего дня наша группа больше не существовала, распадаясь на отдельных людей, то ли личностей, то ли магов, и одно не всегда сопутствовало другому.
— Ладно, — решилась я и потерла висок. Гул начал затихать, хотя опять зачесалась спина, в том же месте. Насекомым вроде рано еще просыпаться, для мошкары все-таки прохладно.
Получив согласие, Алек расплылся в улыбке. и я все-таки легонько щелкнула его по носу, направившись на выход. Вцепится ведь как бохан, не отлепишь. Впрочем, нам все равно надо будет обсудить завтрашние пары, посмотреть хоть, как и к чему готовиться.