Как такое вообще возможно? Кэл тяжело выдохнул, останавливая порыв схватиться за голову или побиться лбом о стол. А ведь казалось, что после лунных его уже ничем не удивить. Но такие связи обоюдоострые; Джудас Ханрахан — влиятельный человек. Впрочем…
— О чем бы ты ни думал, — заговорил Кеннет, резко вскидывая голов, — забудь. Не ввязывайся в это, Кэл, не вдумывайся в мои слова. Я знаю, что вы прохлопали банду лунных, вот занимайся ими. Дела с Ханраханом касаются только меня и его. Просто сделай доброе дело — отправь посылку.
— Откуда ты знаешь о лунных? — побледнел Кэл. Не то чтобы это было тайной следствия, но официальную версию до сих пор не выдвинули, поскольку он никак не мог внятно сформулировать ее. Казалось бы, что может быть проще: объявить о действующей группе преступников-лунных, но Кэл оттягивал этот момент до последнего. Потому что каждый раз возникало ощущение, что стоит всем рассказать о сделанных выводах, и лунные окончательно станут реальностью, неизбежной, неотвратимой и смертельно опасной.
— Элиш, — последовал лаконичный ответ. Видимо, что-то отразилось у него на лице, потому что Кеннет как-то поспешно добавил: — Она просто рассуждала вслух. Скорее мы с Джетом пришли к подобным выводам. Девочка не глупа, Кэл, и ты, наверное, знаешь это лучше всех своих ищеек.
— Сыщиков, — раздраженно поправил его Кэл и глухо застонал, откинувшись на спинку стула. — О Небо! Дядя, у меня руки просто опускаются…
— Помнится, при первом разговоре о теоретическом лунном ты прямо жаждал заполучить его в руки, — хмыкнул Кеннет.
— Очень смешно, — буркнул он.
— Ты справишься, — дядя похлопал его плечу, пряча изуродованную руку обратно под накидку. — Тебя бы не сделали главой сыска, если бы не верили в твои способности, парень.
— Напиться хочется, — признался Кэл и устало потер лоб. — У меня голова скоро от мыслей лопнет… Все ведь твердили, что лунных раз-два и обчелся, а тут вылезла как будто из ниоткуда целая группа. Убийцы, грабители. Несколько… сложно принять такое.
— А нечего верить всем истинам, — Кеннет криво и неожиданно горько улыбнулся. — Не все лгут, но многие просто ошибаются, не в силах предположить иную реальность. Это ведь удобно — принимать то, что дают, не задумываясь о другом варианте. Впрочем, — он кивнул своим мыслям, — пока мы не задумываемся, это иное и не существует. Для нас. Но иногда вторгается в жизнь без спроса, и тогда все становится резко плохо. А это куда хуже… И лучше, чем пребывать в неведении.
— Слишком много знать тоже плохо, — заметил Кэл.
— Ты прав, но когда за незнание расплачиваешься жизнью или, того хуже, жизнью любимого человека, это еще паршивее.
Последняя фраза была настолько пронизана горькой печалью, что Кэл ощутил ее на языке и едва смог проглотить, растворяя в своей крови. Кеннет больше не смотрел на него, он опустил голову, вцепившись в левую руку, и казался статуей, которую зачем-то разукрасили под человека. Кэл облизал губы. Что сказать? Спросить, случилось ли с ним такое? Но здесь не нужно спрашивать, лезть в и без того разворошенный улей прошлого, где наверняка таится еще большая горечь и куда более острая печаль. Но кого потерял Кеннет? Чего он не знал тогда… Когда? Когда это случилось?
— Мне пора, — Кеннет наконец выпрямился. Он неловко встряхнулся, так похожий на побитого пса… или лиса, и криво улыбнулся. Кэл моргнул, но чудовищная гримаса, получившаяся вместо улыбки, не пропала. — Не забудь отправить.
— Да… конечно.
Пока закрывалась дверь, натужно скрепя сломанными петлями и старчески шаркая низом о пол, Кэл думал, знает ли отец, что случилось в прошлом Кеннета. Родители ни разу не обсуждали семью Лиса — при нем, но кто знает, что за разговоры велись за закрытыми дверьми или когда они с Рианом уходили спать.
Но ведь предположить было невозможно… Кэл помнил, как изменился Кеннет после эксперимента, но разве не было очевидно в тот момент, что все из-за руки, из-за неудачи, которая изваляла жизнь Лиса в грязи и изуродовала его будущее? Или что-то иное, куда большее скрывалось за последней сигаретой, выцветшим взглядом и дрожащей рукой?
Вот не было печали!
Кэл машинально связался с гестольской почтой, сделал запрос на скорую доставку. Вежливая девушка по ту сторону шара связи сообщила, что почтальон может выехать через час и по пути сядет на поезд до столицы. Больше вариантов не было — только магия, но подвергать камень Следящих, предназначенный для Джудаса Ханрахана, такому испытанию Кэл просто не смел.