Словно чувствуя, что атмосфера дома скоро начнет вязнуть на зубах, Риан старался как можно больше времени проводить вне дома, только бросая виноватые взгляды в сторону Кэла. Он не винил брата: сам бы так и поступал, но библиотеки закончились, а в мелких выбор был невелик, и Кэл проверял названия просто по спискам. Все повторялось, и нигде не было неучтенных или неожиданно найденных изданий, в которых бы скрывалась новая информация о лунных.
Но вести из Гестоля перевернули все с ног на голову.
Тайг связался с Кэлом в среду в пять утра, и пока тот протирал глаза и пытался сообразить, почему друг выглядит хуже зомби, просто сообщил:
— Сегодня ночью на штаб напали лунные. Убиты Дахи, Фелан и все ученые.
— Что?..
— Сегодня ночью на штаб….
— Я услышал, — перебил его Кэл. — Ты сказал «убиты»?
— Убиты Дахи, Фелан и все ученые, — как заводная кукла, повторил Тайг и судорожно, словно у него перехватило горло, вздохнул. — Кэл, эти твари, эти гриммовы дети… Они знают, что их не поймают. Бес их дери, Кэл, что мне сказать родным убитых?..
— Возьми себя в руки, — велел Кэл. Как никогда хотелось последовать собственному приказу: задрожали руки, изображение Тайга пошло мелкими волнами, превращаясь в пугающую безжизненную маску.
Он почти бросил кристалл на кровать и на несколько секунд спрятал лицо в ладонях, пытаясь распутать вспыхнувший клубок ощущений. Превалировало облегчение: его семья не пострадала, в стороне осталась и Элиш. Хотя каково ей сейчас: дружила ведь ближе всех с тем пареньком. Шоном. И все же не было горечи, только печаль и злость на лунных, посмевших поднять руку на то, что принадлежало ему. На людей, которые подчинялись его приказам.
Значит, действительно считают, что им все дозволено?
— Тайг.
— Да?
— Остались какие-то зацепки?
Тайг, кажется, поперхнулся, но ответил четко и куда более живо, чем минуту назад.
— Нет. Остаточные следы магии, но и без того понятно, что это лунные. Они воспользовались кинжалом и, похоже, разделочным ножом. К утру Хили должен что-нибудь сказать, я отдал останки тел на экспертизу.
— Хорошо. Как остальные?
— Жаждут убивать, — послышался смешок, пропитанный усталостью и горечью. — Я отправил всех по домам, когда коты потеряли след, и сам вызвал Хили с его парнями. Колин обещал допросить дежуривших в ту ночь парней. Алве пришлось быть со мной все время.
— Как она?
— Спит сейчас, — Тайг кивнул куда-то в сторону, — в моей комнате. Не оставлять же ее одну.
— Верно, а…
— Но лучше бы это был ты.
Кэл выбрал наилучший с его точки зрения вариант: он просто проигнорировал эту фразу. Мать бы точно сказала то же самое, еще бы посетовала, что Алве приходится полагаться на Тайга, тогда как Кэл должен быть на его месте. А Элиш? Что с Элиш, что с этой упрямой лунной девчонкой?..
Но дело сейчас было не в Алве, не в Элиш, не в отношениях, а в лунных. В тех, кто вломился в дом сыщиков и убил, превращая штаб в могилу.
— Утром, как только получишь новую информацию, доложи мне, — резче, чем следовало, велел Кэл. — Возьми себя в руки, Тайг! Мы сыщики, и сейчас в противниках оказались сумасшедшие убийцы. Они не погнушаются взять в заложники любого, кто может показаться им полезным для дела, и так же легко убить его. Думаешь, они будут держать слово?
— Вряд ли им нужны заложники, — угрюмо отозвался Тайг. — Я понял, шеф. Ближе к полудню или раньше все будет. Когда ты вернешься?
— Завтра выезжаю. Сразу после встречи с Ханраханом. Если он еще перенесет, плевать, я вернусь.
— Понял. Отбой.
Кристалл погас, и Кэл упал на подушку, придавив камень. Тупая грань врезалась в ребра — как незаточенный нож, но он не пошевелился, прислушиваясь к боли. Все ли узнал? Верный ли отдал приказ? Острое чувство сожаления пересиливало облегчение — находясь в Берстоле, Кэл мог сделать слишком мало, но зато сумеет сразу доложить Томасу о случившемся.
Печаль от потери людей окончательно выместила злость. Что позволяло лунным действовать так безрассудно, настолько открыто, при этом не оставляя следов? Тот гипотетический гений, который их возглавлял? Сколько людей у него в подчинении? Если больше десяти, как всех спрятать? Впрочем, проблемы с тайным укрытием могли возникнуть, перевали число преступников за тридцать… Или нет?
Снова заснуть не получилось. Кэл резко сел, и бок отозвался болью. В свете ночника на ребрах ярко алела полоса, оставленная кристаллом связи. Она быстро сойдет, но рана, нанесенная лунными, затянется нескоро. Мстить было неразумно: такая у них работа — ловить преступников, и если убийцы оказались сильнее и умнее, кого винить в этом, кроме себя самого? Впрочем, можно ли было предположить, что лунные пойдут на такой дерзкий шаг?