Мне еще хватило ума навести новые щиты и бросить второе фотеа, а потом без оглядки почти скатиться к входу в «Джохо». Я чуть не расплакалась от облегчения: горло перехватило еще и из-за холода, дышать становилось труднее с каждой секундой. Но ведь в таверне посетители… После работы наверняка кто-то заглянул. Так, деточка, выпрямилась и сделала вид, что все в порядке, распугивать клиентов нехорошо. Нужно просто пересечь зал и как ни в чем не бывало кивнуть Брану. Ну подумаешь, забыла что-то, какие мелочи. А что без шапки… вот и ее и забыла, да.
Я на всякий случай оглянулась, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. Тише, иначе скоро грудную клетку мое бедное сердечко проломит, а без него не прожить. Но меня никто не преследовал. Похоже, убийца отступил? Я встряхнула головой и проглотила крик, неловко пошевелив правой рукой. Дубленка была мокрой — я повалялась в снегу, еще бы, но правый рукав странно поблескивал и отдавал… красным? Прелестно.
Пройти спокойно почти получилось. Посетители, конечно, странно на меня покосились, но переживут, не страшно. Зато Бран мгновенно побледнел, хотя, надо отдать должное, остался на месте, лишь коротко кивнул в сторону коридора. Меня хватило на кривую улыбку ровно до кабинета Джета.
— А теперь вы мне все расскажете.
Джет и Лис, похоже, о чем-то разговаривали. Они резко обернулись в мою сторону, Лис, кажется, даже не побелел, просто выцвел, и прыжком оказался рядом.
— Что случилось?
— Не видно? — хмуро поинтересовалась я и поморщилась, стягивая левой рукой дубленку. — Приятель Джета решил, что я тоже могу послужить хорошей добычей. Видимо, в назидание.
— Пистоль, — Лис аккуратно стер у меня со щеки кровь и усадил в кресло.
— Что? — Я пошевелила правым плечом и все-таки вскрикнула, когда Джет бесцеремонно взрезал рукав откуда-то взявшимся кинжалом, до боли сжав руку.
— Пистоль, — повторил он вместо Лиса. — Пуля прошла навылет, тебе повезло, Эл. К тому же, ничего не задето.
— Кроме мяса, — процедила я, разглядывая окровавленную дырку.
Огнестрельное ранение, как мило. И больно… Пуля прошла по касательной, похоже, в тот момент, когда я прыгнула в сторону из-за сугробов. Надо было сразу навесить щиты, но уже не важно. Я нервно ухмыльнулась, вспоминая несостоявшегося убийцу.
— Что? — Тут же среагировал Джет, вытаскивая из шкафа тонкие полотенца и разрывая их на бинты.
— Убийца болеет, — хрипло пояснила я и закашлялась. Горло внезапно запершило, меня заколотило со страшной силой. Я вцепилась здоровой рукой в подлокотник, пытаясь успокоиться, но дрожь не желала уходить.
Вернулся Лис (когда он ушел?), притащив ведро с горячей водой и пару бутылок бренди и перри.
— Первое попавшееся, — буркнул он, откупоривая алкоголь. — Бран извинится перед посетителями и закроет таверну в девять.
Джет молча намочил полотенце, Лис протянул мне стакан с перри.
— Выпей, — велел он, — и лучше не сдерживай боль внутри, кричи, так будет легче.
— П-п-правда? — Я никак не могла унять дрожь и едва не выронила стакан, вливая в себя алкоголь.
Почти сразу повело, перри вопреки всему обжог многострадальное горло, но разлился теплом в желудке, успокаивающе воздействуя на переполошившийся организм. Озноб почти пропал, я только вздрогнула, когда Джет аккуратно сначала водой промыл рану с обеих сторон. Я отвела взгляд, не желая смотреть на это. Не уходило ощущение, что кровь толчками выплескивается наружу, хотя ничего подобного не происходило, рана пульсировала и ныла, внутри что-то кололо, кожа словно начала неметь, а потом рука взорвалась болью, когда Джет не слишком аккуратно обмыл ее бренди. Я глухо зарычала и закусила губу до крови. Тряпка остро пахла алкоголем, почти до головной боли и черных пятен в глазах. Из-за перри меня вело все сильнее, организм почти не мог противиться вину, такое ощущение, что он пытался то расслабиться окончательно, забив на все, то спохватывался и силился бросить все силы на исцеление.
Ох…
Я вяло мотнула головой, когда Джет выбросил окровавленные тряпки, и попробовала пошевелиться, но Лис успел схватить меня за левое плечо.
— Сиди, — глухо приказал он. — Все равно ведь нашла неприятности…
— Потом ругаться будешь, — перебил его Джет, накладывая тугую повязку и плотно прижимая импровизированный тампон. Ничего страшного, — тихо сообщил он. — Если не случится заражения, то заживет довольно быстро.
— Можно… кинуть исцеляющее, — медленно предложила я, с усилием ворочая языком. Голова кружилась. Нехорошо… Очень нехорошо.