— Короче, шеф.
Кэл резко вскинул голову, посмотрел пристально на заговорившего Ниалла.
— Мы отыщем этих тварей, — жестко сказал тот. – И убьем. Не всех, никому не нужны неприятности. Но мы отомстим за убитых, понимаете?
— Да, — Кэл позволил себе чуть улыбнуться. – Да, понимаю.
Сыщики наконец одобрительно загомонили, заулыбались, и Кэл даже на секунду пожалел лунных: улыбки не сулили им ничего хорошего. Но разве не этого он добивался, буквально подначивая своих подчиненных мстить?
— Отлично, — вдруг хлопнул в ладоши Тайг, моментально привлекая внимание к себе. – Тогда объявляю завтра выходной, и все сейчас идем отмечать возвращение и день рождения нашего драгоценного шефа. В «Джохо».
— Что? – Элиш изумленно ахнула. – Тайг!
— Я за всех плачу, — повысил голос он. – Ну, шеф, идем?
Кэл ошарашено уставился на Алву, пытаясь понять, что происходит, но она лишь лукаво улыбнулась и поманила Кэла за собой.
— Мы же прекрасно помним, какой вчера был день. Жаль, ты не успел приехать пораньше, но мы примерно так и рассчитывали.
Кэл, пожалуй, впервые потерял дар речи. Тайг снова подхватил его под руку и, низко склонившись, прошипел:
— Даже не смей отказываться. Парням нужно успокоиться, и выпить – лучший способ расслабиться.
— Ты представляешь, что со мной сделает Кеннет, когда увидит эту толпу?
— Голову пришьем на место, не волнуйся, — хохотнул Тайг. – Эй, Ниалл, помоги тащить именинника, он упирается, как баран!
— Но время!..
Последнюю реплику проигнорировали, и Кэл позволил увлечь себя на улицу, успев оглянуться в попытке отыскать Элиш. Она, правда, обнаружилась далеко впереди, рядом с Алвой, и уже только по прямой – слишком прямой – спине Кэл догадался, что вот этот кирпичик, пусть вложенный не им, будет разрушить не так легко. «Побить, что ли, Тайга», — тоскливо покосился на друга Кэл, но от его жизнерадостной улыбки веяло таким предвкушением веселья, что мысль пришлось отбросить. Да и руки, честно сказать, были несвободны.
***
Кеннет, несмотря на щуплый вид, возвышался над Кэлом горой. Кэл безуспешно пытался спрятаться по ту сторону стойки, но получалось откровенно слабо. Пока сыск располагался в углу и бодро составлял столы, чтобы сесть всем вместе, Элиш ускользнула в подсобку, а Тайг делегировал Кэла как именинника сделать заказ.
Кеннет, естественно, не заставил себя ждать.
— И что это? – холодно поинтересовался он, бросая настороженные взгляды в сторону сыщиков. – Ты привел весь свой выводок? Элиш объявила о нашествии голодных гримов.
— Они пришли отмечать мой приезд и день рождения, — попробовал оправдаться Кэл, отчетливо понимая, что ему вчера исполнилось не двадцать семь, а всего лишь семь. Незнакомая девочка-кельнер испуганно косилась то на него, то в зал. – Тайг подбил всех в «Джохо».
— А твой голос никто не принял во внимание, — едко поддакнул Кеннет. – Они не разнесут тут все? Джет не хочет проблем. И с прошедшим, да.
— Спасибо… Не разнесут, не должны, по крайней мере, — не совсем уверенно ответил Кэл, оглянувшись на парней. Единственным вменяемым человеком среди сборища безумных казалась Алва, которая явно с любопытством оглядывала помещение. Остальные посетители переместились в другую половину зала, стремясь оказаться как можно дальше от сыщиков, кое-кто вовсе, поспешно расплатившись, ушел.
— Ну-ну, — с сомнением протянул Кеннет.
— Дядя, — Кэл потер лицо, — прекращай. Я все понял. Мне бы заказ сделать.
— Заказ ему, — тот скривился. Внезапно, посерьезнев, Кеннет склонился и заговорил значительно тише. – А расскажи-ка, мой дорогой племянник, что случилось с Эл.
— А что с ней? – озадачился Кэл.
Дядя скептически посмотрел на него.
— Во-первых, она злится на тебя. Очень злится, но не говорит, почему. Она девочка вспыльчивая, конечно, но обычно из-за пустяков настолько равнодушной не бывает. Во-вторых, — Кеннет говорил уже почти шепотом, — она во что-то вляпалась? Что-то точно случилось, возможно, связанное с работой. Предваряя твой вопрос: нет, не с убийствами в штабе. Что-то другое, но об этом она нам с Джетом тоже не рассказывает. И ты, похоже, не в курсе.
— Насчет первого могу предположить, — неуверенно пробормотал Кэл, — а второе… Нет, не знаю. Меня ведь не было в Гестоле.
— Ты шеф, — напомнил Кеннет. – Значит, должен знать, что творится с твоими подчиненными, даже если находишься на краю света.
— Я всего год шеф.
— И что?
Кэл промолчал, рассудив, что продолжать спор бесполезно, да и аргумент был жалким и несерьезным.
— Заказ, — он вернулся к начальной теме. – Алкоголь. Много алкоголя, разного. И что-нибудь закусить.
Кеннет зачем-то посмотрел на часы и внезапно довольно ухмыльнулся.
— Наверное, как раз, — невпопад заметил он. – Элиш от тебя сбежала, господин сыщик. Через черный ход, как в дурацких сказках. Если хочешь догнать, беги, сегодня слишком облачно.
Секунду Кэл тупо смотрел на дядю, осмысливая слова.
— Спасибо, — наконец выпалил он. – Тайг придет платить, скажи, я оплачу завтра.
И бросился к выходу. Кажется, его кто-то окликнул, но Кэл уже выскочил на улицу, захлопнув дверь таверны. Побьет его Тайг или не побьет? Сыщики останутся, дядя все объяснит и выполнит заказ. Куда направилась Элиш? Кэл понимал: в лабиринтах улиц ночью он сгоряча может запросто заблудиться, так что оставалось надеяться, что Элиш пошла в общежитие привычным путем.
Он догнал ее в небольшом плохо освещенном дворике: убывающая луна периодически пряталась за непроницаемыми облаками, а двух тусклых ламп на углу катастрофически не хватало. Элиш резко остановилась, развернулась, готовая ударить преследователя, и Кэл торопливо вскинул руки.
— Это я!
— Да неужели, — раздраженно отозвалась она, стирая сеть. – Как ты?.. О, папочки. Лис, да? Бесов сводник, чтоб его грим покусал.
— Элиш…
— Я иду в общежитие, — отчеканила та. – Все. Участвовать в попойке не буду. Извинись за меня перед остальными и не давай в обиду Алву, она, кажется, не пьет.
— Элиш, — Кэл поймал ее за плечо, не позволяя уйти. Вряд ли темный дворик можно было назвать местом для серьезных разговоров, но куда идти он не представлял. В общежитие, где их наверняка увидят? В закрытый штаб? Обратно в «Джохо» возвращаться точно не следовало. – Элиш, почему ты на меня злишься?
— Покусаю Лиса, — буркнула она в сторону и все-таки посмотрела прямо на Кэла. – Злюсь, да. Только не на тебя скорей, на себя. Бес… Кэл, я точно знаю, что я тебе никто, ты мне просто шеф, ты свободен, как… А, придумай сравнение сам, — Элиш досадливо цыкнула на свои слова и куснула губу. – Я все это знаю, прекрасно, но, бес тебя подери, я все равно злюсь на тебя. Что ты уехал молча, никому ничего не сказал. Ты мне ничего не сказал. Я не имею права на тебя обижаться за это, мы друг другу никто, но я все равно злюсь, и меня это бесит!
Последние слова она шумно выдохнула, под конец почти отвернувшись.
А Кэл слушал ее и понимал, что еще немного, и он не сумеет справиться с все нарастающими чувствами. Радость, счастье, желание обнять, поцеловать. Желание, почти жажда, чтобы Элиш принадлежала лишь ему, омывало изнутри, подталкивая к не самым разумным действиям. Было тепло, было ярко – непонятно как, но так ярко, что Кэл почти захлебывался в ощущениях.
Он тихо засмеялся от счастья и потянулся к Элиш, осторожно коснулся ее лица, заставляя повернуться, и прижался лбом ко лбу.
— Нечего смеяться, — ворчливо заметила она, сжимая его запястья, но не пытаясь освободиться.
— Прости, — голос сорвался на шепот. – Элиш, но ведь эта злость что-то да значит. Разве нет? Элиш, слышишь…