Пролог: "По велению судьбы"
Это холодное декабрьское утро, не предвещало ничего хорошего. Проснулась я от противного звука будильника, который забыла выключить вчера вечером. Мой единственный выходной... Только что полетел ко всем чертям, теперь я точно не смогу вернуться в столь сладкий сон, о котором грезила, всю неделю. Это так несправедливо! В этот выходной, все что я хотела сделать, это выспаться, проспать целый день. Проваляться в постели, в обнимку с одеялом и подушкой целый день! И я сама же у себя украла, эту возможность. Все, как обычно, я порчу себе выходной. Тяжко выдохнув, я собралась с мыслями, и все же встала с кровати. На улице еще темно, свет от уличных фонарей мягко рассеивает темноту. В квартире зябко, но терпимо, я прошла на кухню и поставила чайник, кофе...
Пожалуй это лучший утренний напиток.
Без него утро, не утро.
Настроение на нуле, и желание выходить из дома, тоже. Но заглянув в ящик, вспомнила что мой бодрящий напиток, закончился еще вчера утром, придется идти в магазин. Мой холодильник опустел, уже давно, и нужно все таки купить продукты. Собравшись с мыслями., я вернулась в гостиную, подошла к шкафу, что бы одеться, и мой взгляд наткнулся на семейное фото. И моя память выдала старое воспоминание, о семейном ужине, с родителями.
"Я и папа, возвращались домой, обычно в одно и то же время. К нашему приезду мама, уже накрывала на стол, И мы приходили на все готовенькое, но не в этот раз. С работы отпустили пораньше, и я поспешила домой. Что бы успеть помочь маме, успела как раз к тому времени, когда она хотела уже накрывать. Быстро переодевшись взялась помогать ей, разложила приборы. Тарелки, стаканы. И сам ужин, к моменту как мы закончили, приехал и папа, по дороге он купил сок, и мы были полностью готовы к ужину. За столом мы обычно обсуждали все: работу, новости, семью, погоду. Запретов как таковых не было. Все условно.
-Лея, не торопись. Подавишься-сказала мама, и так вопросительно на меня посмотрела, в ожидании. Пока я остановлюсь.
-Да, дочка не торопись. Кушать нужно так, что бы почувствовать еду, ее вкус и насыщенность. А ты ешь как гусь, не жуя, так нельзя.- От своего сравнения, папа сам прыснул на стол соком.
В этот момент, я и мама не сдержались. И рассмеялись в голос. Папин смех всегда такой заразительный...
-Смотри дочурка, как бы у твоего будущего мужа. Денег хватило, что бы тебя прокормить."
Воспоминание прервалось, противным писком чайника, который этим так и говорил:
"Хозяйка! Сними, сними, а то лопну! Тогда всем достанется!"
Немного встряхнув себя, я все же пошла его выключать. На улице уже было довольно светло, но фонари еще горели, освещая путь. Школьникам, что медленно плелись по дороге, "Вперед, к знаниям!" Выключив чайник, я села у окна и закурила. Эта вредная привычка давно уже со мной, никак не могу от нее избавиться. А надо бы, в окне на параллельной стороне улицы, в тени дома за фонарем. я заметила силует, явно женский. Она стояла и стояла, минут десять пятнадцать точно. Куда смотрела девушка не было видно, ее лицо было как будто покрыто пеленой, и как бы я не старалась. Рассмотреть куда она смотрит я не могла, но я прямо кожей, каждой клеточкой чувствовала, что она смотрит на меня. Это было очень странно, так как зимнее утро не настолько теплое, что бы вот так вот просто стоять в платье, и босиком?... Меня как будто вышибло из себя, она стоит босиком! Вся в снегу! И только сейчас, я заметила что она трясется вся, как осиновый лист на ветру. Не долго думая, я накинула первое что попалось под руку. Домашний свитер, и кое какие, но все же теплые штаны. Сверху накинула свою шубку из плюша, и старые угги. Выскочила на улицу как ошпаренная, а она все стоит... замершая, и лица ее не видно... Я быстрым шагом направилась к ней, по дороге все пытаясь разглядеть ее лицо, но как бы не всматривалась, видела вместо него лишь пелену, что как фата, струилась по ее лицу... от лба к подбородку... струились легкие волны, что рябили. Как когда ты бросаешь, на водную гладь камень, и рябью покрывается ровная поверхность. Так и тут лишь рябь... Но не лицо, когда до нее оставалось лишь пара метров, осознание накрыло меня ледяной водой, нет лица! Его просто, нет! Я замерла лишь на мгновение, лишь долю секунды, что бы осознать что происходит. И стоит ли мне повернуть назад, я стояла и смотрела на нее... А она, как будто меня и не замечала, стояла и тряслась. Ее черные как смола волосы, обрамляли "лицо" стояла она прямо, и голову держала тоже, лишь руки безвольно свисали, по швам. А ноги были уже почти черными, от обморожения... Все ее тело трусило, платье что было на ней, было слишком легким. И совсем не согревало, его подол клочьями спадал на уровне ее колен, куски были покрыты дорожной грязью. И по цвету почти уже совпадали с цветом ее ног... И тут я поняла как же глупо я сейчас выгляжу со стороны. Стою и пялюсь, вместо того что бы помочь. Бабушка, что неожиданно вышла из подъезда, схватилась за голову. И в голос так резко начала причитать, что мы обе дрогнули.