- Тебе идет это столетье. – Шепнул мне на ухо Тэрон. Горячее дыхание опалило кожу и табун возбужденных мурашек помчался под корсет, гарцуя на особо чувствительных местах. Внизу живота сладко заныло и мне стоило немалых усилий не выдать себя.
Официант выжидательно замер у нашего стола, а я растерялась. Я покрутила книжечку меню - половина блюд в нём имела странные названия вроде «Смерть кровопийцам», «Пастуший пирог» или «Бедняцкий суп» и я опасалась заказать голубя на гриле или мерзкий на вкус и запах хаггис*.
- Мисс будет цыпленка бер-блан и морковный суп с трюфелями. – Заказал блондин, возвращая меню официанту.
- А мистер? – стараясь перекричать последние, от того чрезмерно громкие, аккорды уточнил официант у Бена.
- Мне мяса, - ответил он сам, не дожидаясь, когда Тэрон решит за него. – Много мяса с кровью.
- Несите сюда целую корову, - бросил Бек в след официанту, наполняя мой бокал красным вином.
Бенджи выхватил его, не дожидаясь пока Бек наполнит и ему бокал, и отсалютовав нам, выпил его залпом, а затем проигнорировав салфетку, вытер рот рукавом, пачкая белоснежную манжету.
Тэр поморщился:
- Уж коли ты не тянешь на джентльмена, не будь хотя бы свиньей.
- Куда мне до тебя… - огрызнулся перевертыш и отвернулся к сцене.
- Какая муха вас укусила? – растерялась я. Что они, спрашивается, успели не поделить, пока меня не было.
Я проследила за взглядом Бена.
Там как раз была смена номеров и вместо трех полуголых девиц вышла одна, слишком одетая для этого места. Ее встретили громкими аплодисментами и она, дождавшись относительной тишины, что-то запела на французском.
Голос певицы был низкий, с легкой хрипотцой, а мелодия, щемящая, безнадежная, сладкая, словно мёд и горькая, будто предательство возлюбленного.
Песня вела за собой, кружа голову, отнимая желание дышать.
Выступление закончилось внезапно, и сорвав на этот раз искренние овации, певица поклонилась и покинула сцену.
- Не обращай внимание, - махнул рукой Беккер. – Некоторые просто не умеют веселится.
- Боюсь в это понятие мы вкладываем разные вещи. Ты меня знаешь, - подался вперед Бенджамин, возбужденно жестикулируя, - я не против хорошей драки, но впутывать в это Эмили последнее дело. Зельда та еще змея и доверять ей не стоило.
- У нас нет другого выбора, - с сожалением протянул Бек и глотнул из широкого стакана виски, бутылка, стоящая подле, была пуста наполовину.
Я никак не могла войти в траекторию полета их мыслей, ну вот вообще. То есть я понимала, что каким-то образом они впутали меня в дурную историю.
Снова.
Но добраться до сути пока не могла.
- Выбор есть всегда, - дернул плечом Бен и забрал бутылку у Бека.
Официант принес мой заказ и пару ломтей черного хлеба с тмином и мятой. А перед Беном поставил огромную доску с куском дымящейся говядины. В сердцевину бифштекса по самую рукоять был вогнан устрашающего вида нож. Мясо буквально истекало ароматным соком и кровью, как и пологается отлично приготовленной говядине, и я сглотнула набежавшую слюну.
Взяв ложку я попробовала густую, ароматную смесь. Ах, суп мой был невероятно хорош - горячий, в меру острый, с терпкими нотами черного трюфеля, кто бы мог подумать, что в этой дыре готовят такие шедевры. Я перекатывала на нёбе вино и смаковала каждую ложку морковного супа.
Не уверена, что цыпленок в меня влезет, а вот кусок мяса у Бена я бы сперла.
На сцену вновь вышла певица,
- Что ж, - поставил стакан Беккер, - как говорится хлеба вкусили, подайте зрелищ!
А затем встал, ловко перепрыгнул чрез балкон и отправился в сторону сцены.
- Позер, - приложился к горлышку бутылки Бенджи.
Мои дорогие, делитесь впечатлениями. Я очень жду Ваших комментариев, они вдохновляют и стимулируют меня писать больше и чаще.
Глава 8.
Тэрон Беккер
- Не уверен, что это удачная идея, - сопротивлялся Бен. – Их расставание было не слишком красивым.
- Красиво расстаться сложно, особенно когда один любит, а другой играет, - ответил я. - Диего не очаровательный принц, а Адель не вчерашняя пансионерка, чтобы верить в сказки.
- Не будь циничным, - попытался упрекнуть меня оборотень.
Станешь тут циником.
Мы пробирались к гримеркам по темным закоулкам Смога, а я всё не мог отделаться от ощущения, что не надо было оставлять Эмили одну. Она, конечно, не чета местным рафинированным девицам, но всё же не до конца освоилась, а потому может стушеваться или испугаться.