Весь следующий день Сергей страдал. Нет, голова у него почти не болела, и самочувствие было хорошим. Настолько, насколько оно вообще может быть хорошим у человека, которого вчера пинали ногами, оставив обширные синяки на всем теле. Парню было стыдно и неприятно, к тому же он злился сам на себя. Как так — его, боевого офицера, избила какая-то гопота, отняла карточку и кортик, заставила вместо отпуска сидеть в больнице? Вряд ли командование за такое по голове погладит, надо ждать внушительного разноса. И, кроме того: ладно начальство, но как он посмотрит в глаза другим капитанам в «Волчьем логове», своему экипажу? А ведь шила в мешке не утаишь, узнают… В лицо ничего, может, и не скажут, а вот не смываемое никакими подвигами прозвище типа «тюфяк» или «груша» получить легче легкого. В лучшем случае. На фоне этих размышлений он даже почти забыл об Инне.
Утро вторника началось с хороших новостей. Доктор на обходе сказал, что результаты анализов в норме и никакого смысла долго держать Сергея в больнице он не видит. Компьютерная томография и глубокое сканирование отклонений в мозговой деятельности и мозговой ткани тоже не обнаружили. Обязательные трое суток Сергей в больнице проведет, но дальше, если будет настаивать — сможет выписаться на амбулаторное лечение.
А примерно перед обедом офицера посетил Лапин. Майор спросил Сергея о самочувствии и между делом заявил, что все трое нападавших на парня кавказцев арестованы вчера вечером.
— Редкостные придурки, — прокомментировал он поведение задержанных. — Мы бы их и так нашли. Может быть, через день-другой, если бы они хоть чуток дружили с головой. Но не таковы наши «герои»: представляешь, вчера один из них пришел в антикварную лавку с твоим кортиком и попытался продать. За наличные! Это именной-то наградной кортик, отобранный у действующего офицера! Антиквару, естественно, ни проблемы, ни идиоты-беспредельщики не нужны. Он сказал, что купит, вот только отойдет на минутку в подсобку, проверит подлинность и выдаст деньги. Сходил, позвонил куда следует. А этот красавец все сидел и ждал, пока опергруппа не подъехала. Подельников сдал тоже в два счета. Вот их ЗD-фото, посмотри и завизируй, если опознаешь.
— Они, — сказал Сергей, визируя страницу в коммуникаторе майора. — Пусть, гады, посидят пару лет, подумают над своим поведением. Выйдут — может, поумнеют.
— Не думаю, что это случится, — сказал майор, и его добродушная поначалу улыбка вдруг застыла, став слегка похожей на волчий оскал. — Вряд ли выйдут и вряд ли поумнеют.
— Почему? Я, конечно, не знаток УК, но грабеж с легкими телесными — это лет пять. Адвокат поможет скостить половину срока, вот и выйдет примерно два года, — удивился Сергей.
— Какой грабеж? О чем вы, капитан? Не было никакого грабежа. Нападение было совершено группой лиц на капитана действующего флота Земной Конфедерации. Вы были в форме, при погонах, с орденом и боевым значком, дело происходило в светлое время суток. То есть они, очевидно, знали, на кого нападают. Если бы вас убили или сильно покалечили, то боевой корабль не смог бы принять участие в следующем вылете, а Земной Флот был бы ослаблен. Это можно квалифицировать и как намеренный подрыв боеспособности Земной Конфедерации в военное время, и как помощь врагам человечества, и даже, при желании, как измену человечеству. Такие вещи автоматически попадают в ОЗБ, и делопроизводство идет в особом судебном органе. Самый вероятный исход дела — осуждение по сто пятьдесят восьмой статье «враг человечества». Тут уж как судья решит — или «вышка», или «особые работы по искуплению вины». В любом случае мы этих ребят больше никогда не увидим. И никакой адвокат «срок не скостит», как вы выразились. Не тот случай. Такой процесс нужен и он будет проведен. Чтобы ни одна бандитская млядь не смела поднять руку на офицера. Мы воюем, а не в бирюльки играем.
— Я не хочу убивать людей, — тихо сказал ошарашенный речью майора Сергей. — Пусть и таких. Я могу отказаться от показаний?
— Нет, капитан. Не можешь. Особому судебному органу про ОЗБ ты не нужен даже как свидетель, все твои показания уже завизированы, — жестко сказал Лапин. — А от себя лично я добавлю — если бы ты не хотел убивать, то и не пил бы где попало, не искал приключений на свою задницу. Герой космонавт, мля. Эти ребята заслужили свою судьбу. Хотя бы потому, что таких дебилов нужно выбраковывать. Но и про тебя не могу сказать ничего хорошего — пусть ты и капитан боевой, и орден у тебя не зря. Тут есть и твоя вина, вот и живи с ней как получится. Твоему начальству я отчет о происшествии передал, оно само с тобой свяжется. Вот пакет, в нем твой кортик и платежная карточка. Все, закончено с этим… Хотя нет, не все.